У кого-то в голове ветер,
у меня же в голове птицы –
мне признался верный друг Петя,
что за это на меня злится.
Я всё понял, протянул руку
(не скворечник – голова, вроде).
Это, братцы, не прикол – мука,
даже кошка по пятам бродит,
прыг на плечи и хлобысь лапой:
вылетайте, мол, не то – в перья!
И приходится носить шляпу,
и от кошки запирать двери.
А вчера пристал один мелкий.
– Покажи мне, – говорит, – птича.
И на шляпу, и рука стрелкой,
и старуха сзади, как teacher.
Эти – в воздух! И кружат, машут,
а старуха их давай вицей,
и мало́му: 
– Вот не ешь кашу,
заведутся в голове птицы!
Я же плохо – никому, честно!
И обидно: почему так-то?
Кто бы знал, как в голове тесно
от отсутствия у всех такта.
Вот и Светка...
Мне бы вверх взвиться,
чтоб она смотрела вслед странно.
И потом – пусть в голове птицы,
даже башенные пусть краны!