– Жадность – заразна. Это летучий вирус, который передается от пациента к пациенту! – заметил профессор Пузиков.

    А доктор Флюс добавил, что обиды приставучи, как осенняя грязь.

    – Нужно быть осторожным, чтобы случайно не обидеться. Если уж такое произошло, постарайтесь не загрязнять личной обидой окружающие вас миры!

     – И не сочинять скандалов и ссор! – напомнил кто-то из помощников доктора. – Скандалы и ссоры безнадежно портят аппетит и сон.

     – Все эти состояния – элементы кромешного зла, явления, которое боится… смеха! – подвел итог МихМих, специалист по насмешкам из Академии наук. – Если и когда кто-то начинает всерьез хохотать – жадность усыхает, как прыщик, зло рассыпается прямо на глазах. Поэтому, отправляясь в путешествие, вместе с зубной щеткой и тростью, возьмите с собой мешочек с хохотом. Хотя бы небольшой. Пусть это будет хранилище чьих-нибудь посторонних «хи-хи!», «ха-ха!», или даже не всем подходящих «гы-гы!» при встрече с кромешным злом, средство окажется безотказным и сильнодействующим.

     Некоторые хранят смех в кошельке или в фантике из-под конфеты. Ясно, что сначала нужно заполучить конфету, или хотя бы подходящий фантик. Это не всем удается. Кто-то хранит смех в животе, другой – под сердцем. Девушки пристраивают его в уголках глаз, в таком случае даже рассеянный взгляд незнакомки оставляет неизгладимое впечатление. Один прыгун в длину переправил весь смехотворный запас организма в пятки! И представьте, стал чемпионом. Конечно, у остряков от смеха чешется кончик языка, но, во-первых, остряки терпят, а во-вторых, никому в этом не признаются.

     Я, как сочинитель небылиц, трудолюбиво охочусь на ничейный, бродячий смех – на летучие пружинки с молниями, мелодичные бусины, загогулины лунного и солнечного цвета. Эта задушевная ценность, в хорошую погоду может встретиться в самом неожиданном месте: возле уличной лужицы, на футбольном поле, в салоне рейсового автобуса. Присоединяйтесь!

     P.S.: Ясно, что в свою очередь, бродячий смех охотится на мим-прохожих мальчишек и девчонок, а к взрослым людям, тем более к сочинителям относится с разумной осторожностью.