- Слушай, слово какое прилипчивое! – сказала я Андрею, возвращаясь из школы. – Ну вот, опять!

- Какое слово?

- «Слушай».

- Слушаю.

- Да нет! Слово «слушай» прилипчивое. Вредное слово! Я его всё время повторяю!

- Так отлепись.

- Легко сказать - отлепись.

- Я тоже как-то долго не мог от «в общем» отвязаться.

- Помню! Было такое! И как же удалось отвязаться?

- Никак. Само прошло.

- Может, и у меня само пройдёт. Через час во дворе? – спросила я, открывая входную дверь.

- Угу!

Через час мы вышли во двор и уселись на скамейку. Тут Димка выходит, да не один.

- Привет! Это Юра. Он на два дня погостить с отцом к нам приехал. У бати же юбилей! – начал Димка. - Нас выставили, чтобы не мешали стол накрывать. Юрка обещал рассказать, как они с отцом до нас добирались. Его батя взахлёб об этом моему папке рассказывает.

- Ты откуда приехал? – спросила я.

- Я-то? - зачем-то переспросил Юра. - Я, ну это… Из Билибина.

- Это где? – уточнил Андрей.

- Это Чукотка, - подсказал Димка.

- Ну да, - ответил Юра.

- Что-то ты не сильно многословный?

- Это он сначала такой, а потом чума! – сказал Димка.

Мы сидели на скамейке возле детской песочницы. Юра присел на ее край и начал рассказывать.

- Ну, это самое. Мы с отцом раньше типа не ездили далеко. Ну вот, значит…. Вернее, я не ездил. Он-то, блин, где только не бывал! И на Севере, и на Востоке, короче, везде! А тут, это самое, подвернулся случай. Юбилей. Мы типа билеты купили в купе. Собрали, блин, чемодан. А в день отъезда, это самое, проспали! Вскочили, короче, как ужаленные. Всё, думаем, типа опоздали! Батя, короче, носки в карманы, галстук, блин, за пояс. Хватает типа меня и чемодан. Выскакиваем, это самое, на улицу. Ни одной, блин, машины, как назло. Такая фигня! «Ништяк»! – говорит батя. – Типа «приехали»! А до отхода поезда, короче, 15 минут. Мы, блин, несёмся по проспекту. Утро раннее, как бы выходной день. Нет, блин, машин! И всё! Батя весь красный, вспотел, короче. Я как бы на ватных ногах! И тут типа везуха!

- Вертолет на самолете? – уточнил серьёзно Андрей.

- Да ну тя! «Жигуль»! Мы, короче, с батей дорогу своими телами, блин, загородили. «Жигуль» по тормозам. Деваться ему, это самое, не куда. Посадил нас типа. Прибегаем как бы на вокзал. До отхода поезда, короче, одна минута! Глядь, блин, а поезда нашего нет! Типа и в расписании нет! Ну вот, значит. Мы в кассу. Касса, блин, закрыта! Мы, это самое, туда, блин, сюда. По перрону мечемся. Чё за фигня?! А тут типа путеобходчик идёт.

- Где поезд, блин? – спрашиваем.

- Дык завтра будет, - отвечает.

Мы, это самое, даты с батей перепутали! Сели мы, короче, прямо на перрон и, блин, давай ржать. Бывает же такая фигня в жизни!

- На следующий день всё было нормально? - спросила я.

- А то! Вишь, добрались.

- Вижу, - ответила я.

Димка весь рассказ сочувственно кивал головой, а под конец рассмеялся. Я сначала пыталась понять суть рассказа, потом стала раздражаться из-за дурацких словечек, которые Юра всё время вставлял, а затем посмотрела на Андрея, который тёр глаза и закрывал лицо руками, изо всех сил стараясь скрыть смех, и тоже стала улыбаться.

- Ништяк доехали.

- Ну и хорошо, - ответил Андрей. – А то ведь разное бывает. Бывает, сядешь в поезд, а он в другую сторону увезёт.

- Ничё се? - удивился Юра.

- Да, - наставительно произнёс Андрей. – Или придёшь, а на твои места три раза билет продали.

- Ничё се! – повторил Юра.

- Вам повезло, - смеясь, сказал Димка, - что добрались.

Мы ещё долго сидели и слушали разные истории из жизни Юры с Чукотки. Потом Юру и Димку позвали к праздничному столу. Мы с Андреем остались одни.

- Твоё словечко «слушай», пожалуй, можно не считать за вредное слово, – сказал Андрей.

- Пожалуй, да!

- Ну что тогда, блин, - сказал Андрей улыбаясь, – это самое, домой пойдём?

- Типа пойдём, - ответила я и рассмеялась.