За окном все одно и то же, унылое. Волокнистое небо в непролазных облаках, похожих на куски сырой шерсти. Сарай из ржаво-красного кирпича занесен снегом с одного угла. Несмотря на оттепель, снег не тает, а только становится крепче. Наташа разглядывает окно в деревянной раме. Между стеклами лежит старая вата и цветы из серебристой фольги, в среднем цветке - муха, то ли спит, то ли засохла. Кривая сосулька свисает с крыши почти до середины окна, у нее на конце - большая капля. Наташа почти выздоровела, но пока сидит дома с бабушкой. Бабушка Маруня старенькая и много спит, а Наташа играет в кубики, строит из них дома, потом ломает и строит снова. Выкладывает из кубиков слова. Мир. Мама. Скучно! Но включать телевизор не разрешают, говорят, портит зрение, приходится слушать радио, а там всегда одно и то же: гимн СССР, хор пионеров и скучный дядька рассказывает об ударниках производства. Черный радиоприемник с белой крутящейся ручкой висит в прихожей возле входной двери, высоко, без стула не добраться. Наташа сидит на полу под приемником и что есть мочи подпевает пионерам. Взвейтесь кострами Синие ноооочи! Мы пионеры – Дети рабочих. Близится эра Светлых годооов, Клич пионеров – Всегда будь готов! Наташа проголодалась, будит бабушку Маруню. - Баб, а баб! Есть хочу! - Чего тебе сготовить, кашу или кулеш? – сразу отзывается та, словно и не храпела секунду назад. Наташа очень любит кулеш, вкуснее ничего на свете нет: в кипящую воду бросают картошку и пшено, варят, а потом добавляют соль и сметану. Объеденье! Но нельзя же одним кулешом питаться, говорит мама, поэтому Тася выбирает кашу. А сама бежит на кухню проверить, не остался ли на столе пластилин, и вот почему. Недавно Наташа лепила и забыла убрать пластилин на место, а слепая уже баб Маруня варила щи, да так и порубила капусту вместе с пластилином, потом на весь дом бензином пахло! Как в автомастерской. Наташе это очень весело показалось, но маме не понравилось, она сильно шумела, а щи вылила, даже попробовать не дала. Так что теперь Наташа ученая. Худенькая баб Маруня долго идет на кухню, держась за стены, потом ищет в шкафчике крупу, ставит на плиту кастрюльку с молоком. В животе у Наташи урчит, но девочка терпеливо ждет, не жалуется. И вот, наконец, каша готова! Наташа берет ложку, подвигает тарелку с еще дымящейся кашей поближе… - Бабушка! – вдруг кричит звонко. – Да тут червячки! - Да што ты! – удивляется баб Маруня. – Ох, я старая стала, слепая, не заметила, что в крупе червяки завелись. Ну что же делать, Тася, давай кулеш сварю? Но кулеш ждать долго, а кушать хочется, поэтому Наташа выковыривает червячков, отодвигает их на край тарелки и ест горячую кашу, обжигаясь. - Ничего, - говорит баб Маруня и гладит внучку по голове. - Ничего, червячки – тоже мясо.