Алтайский охотник Темыр охотился весной на барсука. Долго искал он барсучью нору. Наконец – то обнаружил под большим деревом вход барсука. Спрятавшись, Темыр против ветра под ближайшим деревом сделал засаду. Зарядил ружьё картечью и стал ждать. Стало уже смеркаться, и алый закат солнца осветил место, где барсук зимовал. Вдруг увидел, что из убежища вылезла рыжая лиса. Охотник выстрелил и убил её. Подойдя к ней, Темыр обнаружил в норе четверых лисят. Лисята были ещё слепыми и тыкались мордочками, видно, искали маму-лису. Жалко их стало охотнику.
- Пропадут без матери,- подумал Темыр и забрал всех лисят и лису. Вскоре Темыр возвратился домой. Дома его встретила жена Айбала и дочь Айла.
- Вот забирай, жена, на воротник,- сказал Темыр. А Айле показал в завёрнутом зипуне лисят, которые как могли, пищали и тявкали. Девочка запрыгала от радости у ног отца, стараясь рукой дотянуться до них. Отец объяснил дочери, как нужно обращаться с лисятами. В юрте определили им место, постелили овчину. Темыр достал бутылочку с соской, когда-то он также поил дочь. Налил молока в неё и попросил:
- Айла будешь каждый раз поить лисят молочком. Станешь их мамой. Они к тебе и привыкнут.
Дочка согласилась, сказав:
- Хорошо, папа.
И отнеслась к этим обязанностям с большой заботой и любовью. Айла постоянно следила за ними: кормила, ласкала, гладила. Лисята уже прозрели, и, когда подходила и садилась возле них Айла, они ласково тявкали, прижимались к ней, а кто и забирался на её ручки . Они чувствовали её тепло и заботу, успокоившись, сразу засыпали, выставив свои длинные ушки. Лисята подрастали и становились ручными, как собачки. У них появилась мягкая и пушистая шёрстка серо-желтого цвета. Лапки были у них черные, а грудки белые. Хвосты стали пушистыми и красивыми. Мордочки длинными и узкими. Нюх у лисят развит от природы,по этому они чувствовали все запахи, и по запаху могли найти, куда убежал зверёк или мышка. Слух у них тоже очень хороший, они слышали, что происходило за юртой. Лисята бегали, играли, и делали вид, что они охотятся. Порой были настолько игривы и непоседливы, что приходилось домочадцам прикрикнуть на них, тогда они все сразу прекращали играть и бежали к своей защитнице, Айле. Иногда им давали кусочки мяса и выпускали на улицу. Девочка надевала одежду, а лисята уже крутились возле неё, а когда выходила с ними на улицу,то они выстраивались друг за другом и бежали за Айлой. Она доходила до удобного места и садилась, а лисята, находясь рядом с ней, охотились на мышей-полёвок, некоторые гонялись за ящерицами, ловили сусликов. Они быстро добывали себе пищу и тут же съедали, а кто и приносил девочке суслика, мышей, и никто не убегал далеко. Наевшись, они, поиграв с добычей, ложились рядом с их защитницей, начинали чавкать и лаять. Так они разговаривали с девочкой, поговорив ещё немного, прижимаясь к ней, засыпали, чувствуя свою защиту. Айла, через какое-то время встала, забрав сусликов,которых ей натаскали лисята, засобиралась домой. Все лисята, как по команде, вскочили и также друг за другом в сопровождении девочки шли домой.
Прошло семь месяцев. Айла стала ходить в школу, а лисята подросли, стали самостоятельными. Покинув свою обитель, за огородом, на берегу речки, вырыли нору и стали там жить. Хозяева заметили, что в огороде стало меньше грызунов. Айла ещё несколько раз приходила к ним, подкармливала их, но вскоре они разбрелись кто куда. У них началась своя лисья жизнь.
Наступила зима. Землю покрыл белым ковром пушистый снег. В нашей стране лисицы готовятся к зиме по-разному. Их серо-желтая, у кого огненно-рыжая, реже черно-бурая,а на севере белая шерсть зимой стала гуще, теплее и красивее.
Лисы вырыли норы, а кто и занял нору барсука или другого животного. Внутрь в свои норки они натаскали сухой травки, мха, шерсти. Поэтому там им стало теплее и уютнее. Готовясь к потомству, они создали семьи. В брачный период за лисицу могли сражаться несколько лис, а кто побеждал, становился папой. Если с победителем что-то случалось, мог заменить его другой лис.
Незаметно для них наступила весна. Появились потомства лисят, и жизнь их продолжалась в заботах родителей, как их прокормить. Так появляются из года в год эти умные животные. Порой удивляешься, насколько они хитры, что придумывают всякие уловки. Прежде всего, порой их трудно найти даже используя охотничьих собак, так как лисы заметают в минуты своей опасности свои следы пушистым хвостом и запутывают их.
Питаются лисы мышами, кроликами, ежами, мелкими зверьками, пчёлами, зайцами, дождевыми червями. Они ловко ловят в реке рыбу и раков. Любят полакомиться и птицей, особенно домашней: уточками, курочками, гусятами, но боятся злых собак. Лакомствами для них могут служить ягоды и овощи. Вот такие они лисички.
2018
ДОРОГИЕ КОЛЛЕГИ
Не забудьте оплатить взносы - от этого зависит существование нашего сайта todar.ru
Куча мала. Проза (64)
В этой категории находятся работы опубликованные с нарушением правил приема.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Однажды весной в моём саду появился ёжик. Это произошло под вечер, где услышал у двери странное сопение и фырканье. Когда вышел из дома, то увидел большого коричневого ёжа, который пытался что-то передать непонятным мне урчанием. Вскоре до меня дошло, что он сильно голоден и просил еду. Вернувшись в домик, взял фруктов, налил в блюдечко молока, добавив хлеба, вынес это лакомство ёжику. Он с большим аппетитом съел и, стуча своими лапками, удалился восвояси. На этом наше знакомство думал, прекратилось. Но на следующий день ёжик под вечер снова появился, требуя еду. Пришлось его кормить, и так продолжалось длительное время.
Как-то ежик пришёл не один, а с ежихой, накормив их овощами, пошёл поработать в саду. После приёма пищи, они обосновались жить у нас в кустах жимолости. Так как они вели ночной образ жизни, днём ежи спали, а к вечеру выходили на промысел: ловили мышей, пауков, жуков, червей. Прежде всего, они стали заботиться о продолжении рода и в ямочку натаскали травы, сухих листьев и построили себе гнездо, где через какое-то время появились ежата. Это заметил мой сын Миша, наблюдавший за ними, который сказал:
- Папа, смотри, у наших ежиков появились четверо ежат, а отца ежа что-то не стало видно?
- Хозяйства у нас прибавилось, а ёж после рождения ежат ушёл, - ответил я.
- А почему? – спросил сын.
- А потому, что так природой заведено. Какие-то звери помогают выращивать потомство, другие уходят, ищут других самок, - попробовал объяснить я сыну.
Теперь забота ежихи стала очевидной. Как прокормить их? Мы старались ей помочь. Давали ежихи лакомства, и она была счастлива. Подойдя к еде, покушав её, она мотала вытянутой мордочкой, так она благодарила нас за пищу. Ежат она кормила своим молоком. Вскоре они подросли, и теперь могли свободно ходить, и есть всё под наблюдением ежихи.
Один ёжик случайно попал в соседний заброшенный сад, а оттуда на улицу, где встретил соседскую собачку, которая приняла грозный вид на пришельца и начала лаять на него, приближаясь, чтобы укусить. Атака собачки не получилась, так как ёжик побежал ей навстречу, подбежав к ней, свернулся в клубок и выставил свои иголочки. Собачка пыталась лапой зацепить ежа, но укололась иголочками и, взвизгнув, от страха отбежала от ежа, тот за ней, клубочком подкатился, выставив иголочки. Собачка испугавшись, не понимая, как появился на её пути, этот страшный для неё зверь, ещё громче залаяла.
Этот лай услышали мы с сыном.
- Папа, посмотри, на кого собака лает, - попросил он. Я вышел на улицу и увидел. Как соседская собачка лаяла на ежа. Вернувшись в дом, надел ежовую рукавицу и пошёл выручать ежа. Отпугнув собаку, прихватил ежа и вернул его ежихи. Как она была благодарна. Ежиха, приятным ворчанием забирая от меня ёжика, мотала головой. Ежи становились ручными.
Сын часто играл с ежами. Брал их по очереди на речку купаться. Интересно было Миши с ними заниматься, особенно с ёжиком, который в минуту опасности храбро защищался от собачки. Заплывёт с этим ежом, выпустит его, и плывут вместе к берегу. Дорога к реке шла лесом. Однажды когда они шли после купания лесом, ёжик вдруг забурчал, зафыркал и Миша выпустил его на дорожку и не зря, впереди лежала гадюка. Не успела змея уползти, как ёж расправился с гадюкой, тем самым спас Мишу от укуса змеи.
Наступила осень. Созрели плоды, овощи и фрукты. Ежи стали взрослее и готовились к зиме. Набирая жировые запасы, для долгой зимней спячки, были всеядны и ели всё, что было и росло в саду, не брезгуя незрелыми и испорченными плодами, фруктами и овощами. Особенно они любили морковь и яблоки, деликатесами служили мыши, сверчки, паучки, жуки, тараканы. Хлопот от них нам стало больше. Миша оставил себе любимого ежа, а других стали раздавать друзьям, а ежиху поместили в школьный зооуголок, где учился в школе Миша. Ученики были рады новому пришельцу и стали её кормить.
2018
Как-то ежик пришёл не один, а с ежихой, накормив их овощами, пошёл поработать в саду. После приёма пищи, они обосновались жить у нас в кустах жимолости. Так как они вели ночной образ жизни, днём ежи спали, а к вечеру выходили на промысел: ловили мышей, пауков, жуков, червей. Прежде всего, они стали заботиться о продолжении рода и в ямочку натаскали травы, сухих листьев и построили себе гнездо, где через какое-то время появились ежата. Это заметил мой сын Миша, наблюдавший за ними, который сказал:
- Папа, смотри, у наших ежиков появились четверо ежат, а отца ежа что-то не стало видно?
- Хозяйства у нас прибавилось, а ёж после рождения ежат ушёл, - ответил я.
- А почему? – спросил сын.
- А потому, что так природой заведено. Какие-то звери помогают выращивать потомство, другие уходят, ищут других самок, - попробовал объяснить я сыну.
Теперь забота ежихи стала очевидной. Как прокормить их? Мы старались ей помочь. Давали ежихи лакомства, и она была счастлива. Подойдя к еде, покушав её, она мотала вытянутой мордочкой, так она благодарила нас за пищу. Ежат она кормила своим молоком. Вскоре они подросли, и теперь могли свободно ходить, и есть всё под наблюдением ежихи.
Один ёжик случайно попал в соседний заброшенный сад, а оттуда на улицу, где встретил соседскую собачку, которая приняла грозный вид на пришельца и начала лаять на него, приближаясь, чтобы укусить. Атака собачки не получилась, так как ёжик побежал ей навстречу, подбежав к ней, свернулся в клубок и выставил свои иголочки. Собачка пыталась лапой зацепить ежа, но укололась иголочками и, взвизгнув, от страха отбежала от ежа, тот за ней, клубочком подкатился, выставив иголочки. Собачка испугавшись, не понимая, как появился на её пути, этот страшный для неё зверь, ещё громче залаяла.
Этот лай услышали мы с сыном.
- Папа, посмотри, на кого собака лает, - попросил он. Я вышел на улицу и увидел. Как соседская собачка лаяла на ежа. Вернувшись в дом, надел ежовую рукавицу и пошёл выручать ежа. Отпугнув собаку, прихватил ежа и вернул его ежихи. Как она была благодарна. Ежиха, приятным ворчанием забирая от меня ёжика, мотала головой. Ежи становились ручными.
Сын часто играл с ежами. Брал их по очереди на речку купаться. Интересно было Миши с ними заниматься, особенно с ёжиком, который в минуту опасности храбро защищался от собачки. Заплывёт с этим ежом, выпустит его, и плывут вместе к берегу. Дорога к реке шла лесом. Однажды когда они шли после купания лесом, ёжик вдруг забурчал, зафыркал и Миша выпустил его на дорожку и не зря, впереди лежала гадюка. Не успела змея уползти, как ёж расправился с гадюкой, тем самым спас Мишу от укуса змеи.
Наступила осень. Созрели плоды, овощи и фрукты. Ежи стали взрослее и готовились к зиме. Набирая жировые запасы, для долгой зимней спячки, были всеядны и ели всё, что было и росло в саду, не брезгуя незрелыми и испорченными плодами, фруктами и овощами. Особенно они любили морковь и яблоки, деликатесами служили мыши, сверчки, паучки, жуки, тараканы. Хлопот от них нам стало больше. Миша оставил себе любимого ежа, а других стали раздавать друзьям, а ежиху поместили в школьный зооуголок, где учился в школе Миша. Ученики были рады новому пришельцу и стали её кормить.
2018
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Это было в посёлке Тихом недалеко от леса. Родители работали в лесничестве. Отец - лесником, а мама – зоотехником. Сын Серёжа учился в школе в пятом классе.
Однажды отец принёс из леса воронёнка и сказал:
- Воронёнок выпал из гнезда.
- А что вороны не заметили, что он выпал из гнезда,- спросила мама.
- Ворона не было, а самка кричала, звала на помощь своих сородичей. Тут - то и заметил опасность птенцу, к нему подползала змея. Быстрей забрал воронёнка с собой и ушёл, - ответил отец.
- А почему не оставил его?- поинтересовался сын.
А потому, что опасности всюду подстерегали его. Рядом были голодные хищники, которые в миг с ним могли расправиться, - ответил папа.
Во дворе дома отец сделал вольер воронёнку, сколотил домик от дождя и постелил соломы.
Как-то он подозвал сына и сказал:
- Давай назовём воронёнка Карпушей.
- Я согласен,- ответил Серёжа, а отец добавил:
- Карпуше сейчас два месяца и пора обучать его словам, а это большая ответственность.
- А как?- спросил сын.
- Прежде всего, ты должен его кормить и с ним разговаривать. Называй его по имени. Он к тебе привыкнет, и будет отвечать взаимностью.
- А чем лучше кормить?
- А будем всё давать, так как он к пище не привередлив: фрукты, овощи, каши. Только жирную пищу, особенно свинину не давай, – ответил отец.
- Хорошо,- согласился Серёжа и направился к Карпуше. С первых дней воронёнок был осторожен, но постепенно птица стала привыкать к мальчику. Серёжа пищу ему сначала клал в рот, сам Карпуша не умел кушать, но со временем научился. Когда сын приходил из школы, то целыми часами занимался с воронёнком: кормил, ласкал, тренировал его, играл с ним, выпускал его погулять на волю. Этим и сказалось отношение Карпуши к своему хозяину, он стал послушной птицей. Когда кто - либо из своих близких звал его к себе и называл его по имени, то он откликался, и вместо «Кар, Кар», однажды, когда Серёжа тренировал воронёнка, то он проговорил «Карпуша».
- Мама, папа! Как попугай, стал повторять слова Карпуша, - сказал с удивлением сын своим родителям.
- Я же говорил тебе про это,- ответил отец.
А Серёжа стал обучать Карпушу приветливыми словами: спасибо, пожалуйста, доброе утро, здравствуйте, до свидание.
Карпуша всё это усвоил и мог произнести эти слова, что было на удивление гостям.
Как-то папа сказал:
- Пора отпускать Карпушу в свободный полёт.
- А он не улетит?- ответил сын.
- Вот увидишь, он обязательно вернётся,- подтвердил отец.
Мы выпустили его на волю. Он полетал немного и вернулся в свою обитель.
- Прилетел!- с радостью сказал Серёжа отцу и закричал:
- Ура!
Мальчик покормил птицу кашей с мясом. Отдохнув от своего полёта, воронёнок запрыгнул в свой домик.
Прошло какое-то время. Карпуша подрос. Мы как могли, ухаживали за ним: купали, чистили варьер. Отец постелил на дно линолеум, и сыну приходилось частенько его мыть. Карпуша же прочищал перья клювом. Так он чистил себя.
Когда подходила мама и брала его на руки, то он любил ухаживать за мамиными волосами. Своим клювом он их перебирал и делал маме причёску. А мама пальчиком со стороны ногтей гладила его по головке и под клювом. Это нравилось Карпуше. Он закрывал глаза и вытягивал шею. Иногда он клювом брал мамины пальчики. Если был недоволен, то мог им придавить их, но не больно. Так воронёнок проявлял нежность и любовь к маме. Только к нам он так относился, к другим же чувствовал беспокойство и громко кричал, выказывая этим, что пришли чужие люди.
Однажды мы услышали его громкий крик. Буквально он свирепствовал в своем вольере, издавая тревожные сигналы. Мы вышли посмотреть, что случилось? Оказывается, в наш двор проник соседский кот и охотился на цыплят, но услышав громкий крик воронёнка быстро удалился. Этим криком Карпуша спас цыплят, а мы в знак благодарности, принесли ему кусочек мяса, который он тут же склевал, сказав:
- Спасибо, - что сказалось на нашем удивлении.
После окончания школы, Серёжа поступил в городе в Сельскохозяйственный институт на агронома. На каникулах, он приезжал домой, и какая была радость у Карпуши, когда сын подходил к вольеру и угощал ворона его лакомствами. Карпуша от счастья трепетал. Серёжа говорил:
- Здравствуй, и он повторял: "Здравствуй" - и видно, что он скучал по своему благодетелю.
Прошло много времени. Серёжа окончил институт и жил в городе. Карпуша вырос и превратился в красивого черного ворона. Сказалось хорошее питание, содержание и отношение близких к нему людей с любовью и нежностью. Он же отвечал взаимностью. Хотя много сил было вложено в жизнь Карпуши, он был для нас дорог. Отпускать на волю его не хотелось, потому что привыкли к нему. На воле Карпуша умер бы от голода, так как не был приспособлен добывать пищу. Прожил у нас ворон до глубокой старости.
2018
Опубликовано в
Куча мала. Проза
В Приморском крае в посёлок Таёжный тигрица притащила людям двоих тигрят. Тигрята были ещё маленькие и мужики определили:
- Видать больная, молока у неё нет, нечем ей кормить малышей, вот и подкинула их нам.
Подошёл лесник Федорович, мужики обратились к нему:
- Николай, у тебя Джина родила щенят, забери тигрят, они же от голода умрут. А твоя овчарка их прокормит своим молоком вместе со щенятами. На этом и решили поместить зверят у Федоровича.
Захватив их, лесник вернулся домой. Дома его встретила жена Настасья и сын Коля.
- Вот, Джине прибавок на воспитание, показывая им тигрят, - сказал своим близким Николай и подошёл к овчарке, лежащей со своими щенятами. Он осторожно положил тигрят рядом с Джиной. Собака, обнюхав их, начала лизать. Они же искали у неё соски и, найдя их, припали к ним, сосали молочко, причмокивая от удовольствия. С любопытством за этим следил Коля. Мальчик ни разу не видел этого. Пососав вкусного лакомства, прижавшись вместе с другими щенятами, приёмыши засопели и заснули.
- Папа, а может Джина не принять тигрят, что тогда нам делать? – спросил сын отца.
- Раз приняла, то выкормит, а когда подрастут, посмотрим, куда их определить, - ответил Николай.
Так овчарка Джина стала для тигрят приёмной матерью. Они отличались от щенят, но Джина не обращала на это внимание. Вскоре Коля стал замечать, как тигрята стали меняться: их окраска стала ярче, маленькие ушки на голове стали торчать. Они были сильны и бесстрашны, и своей ловкостью свободно могли побороть щенят. Порой были настороженны, любопытны и Коля больше с ними играл, чем со щенятами.
Незаметно прошёл год. Тигрята подросли. Сначала они вместе играли со щенятами, но постепенно стали изображать охоту и однажды Коля заметил, как тигрёнок поймал мышь и съел. Сын спросил у отца:
- Папа, тигрята могут ловить мышей, чтобы сьесть.
- И не только, когда голодные, они ловят мелкую дичь покушать, не брезгуют рыбки поесть и закусить разными плодами. Поэтому надо подумать, куда их определить, пока они не удрали в лес, искать свою территорию. Не забывай, что это звери.
- А что, тигрята с нашими поросятами, курами расправятся,- сказал сын.
- Верно сынок, поэтому, буду договариваться , чтоб их поместить в заповедник, так как они уже повзрослели. А держать их в неволе мне не хочется, - ответил отец.
Коля всегда играл с тигрятами, да и они, завидев его, бежали за ним вместе со щенятами, считая его спасителем. Мальчик же давал им лакомства, кусочки мяса. Они с удовольствием поедали их и просили ещё. Тигрята прожили у лесника около двух лет, превратившись в грациозных красотой молодых тигров.
Коле не хотелось их отпускать, привык с ними общаться, но он понимал, что им нужна свобода, и время пришло расставаться. Вскоре подъехала машина из питомника с клеткой. Куда поместили молодых тигров и повезли их на свободу. Там началась у них другая жизнь.
2018
- Видать больная, молока у неё нет, нечем ей кормить малышей, вот и подкинула их нам.
Подошёл лесник Федорович, мужики обратились к нему:
- Николай, у тебя Джина родила щенят, забери тигрят, они же от голода умрут. А твоя овчарка их прокормит своим молоком вместе со щенятами. На этом и решили поместить зверят у Федоровича.
Захватив их, лесник вернулся домой. Дома его встретила жена Настасья и сын Коля.
- Вот, Джине прибавок на воспитание, показывая им тигрят, - сказал своим близким Николай и подошёл к овчарке, лежащей со своими щенятами. Он осторожно положил тигрят рядом с Джиной. Собака, обнюхав их, начала лизать. Они же искали у неё соски и, найдя их, припали к ним, сосали молочко, причмокивая от удовольствия. С любопытством за этим следил Коля. Мальчик ни разу не видел этого. Пососав вкусного лакомства, прижавшись вместе с другими щенятами, приёмыши засопели и заснули.
- Папа, а может Джина не принять тигрят, что тогда нам делать? – спросил сын отца.
- Раз приняла, то выкормит, а когда подрастут, посмотрим, куда их определить, - ответил Николай.
Так овчарка Джина стала для тигрят приёмной матерью. Они отличались от щенят, но Джина не обращала на это внимание. Вскоре Коля стал замечать, как тигрята стали меняться: их окраска стала ярче, маленькие ушки на голове стали торчать. Они были сильны и бесстрашны, и своей ловкостью свободно могли побороть щенят. Порой были настороженны, любопытны и Коля больше с ними играл, чем со щенятами.
Незаметно прошёл год. Тигрята подросли. Сначала они вместе играли со щенятами, но постепенно стали изображать охоту и однажды Коля заметил, как тигрёнок поймал мышь и съел. Сын спросил у отца:
- Папа, тигрята могут ловить мышей, чтобы сьесть.
- И не только, когда голодные, они ловят мелкую дичь покушать, не брезгуют рыбки поесть и закусить разными плодами. Поэтому надо подумать, куда их определить, пока они не удрали в лес, искать свою территорию. Не забывай, что это звери.
- А что, тигрята с нашими поросятами, курами расправятся,- сказал сын.
- Верно сынок, поэтому, буду договариваться , чтоб их поместить в заповедник, так как они уже повзрослели. А держать их в неволе мне не хочется, - ответил отец.
Коля всегда играл с тигрятами, да и они, завидев его, бежали за ним вместе со щенятами, считая его спасителем. Мальчик же давал им лакомства, кусочки мяса. Они с удовольствием поедали их и просили ещё. Тигрята прожили у лесника около двух лет, превратившись в грациозных красотой молодых тигров.
Коле не хотелось их отпускать, привык с ними общаться, но он понимал, что им нужна свобода, и время пришло расставаться. Вскоре подъехала машина из питомника с клеткой. Куда поместили молодых тигров и повезли их на свободу. Там началась у них другая жизнь.
2018
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Петин папа, Иван Васильевич, с рыбалки весной привёз вместо рыбы ужа. Дома ему определили место и стали кормить. Особенно Пети понравился уж, он с ним играл, кормил молочком и всё свободное время от школы проводил с ним.
Время пришло ехать работать в саду. Взяли с собой ужа. В домике определили ему место. Папа вырезал для ужа отверстие в двери, для выхода в сад. Оставили ему также еды и, поработав ещё немного, уехали домой.
В следующий раз, когда собрались в сад, папа сказал Пете:
- Уползёт твой уж из домика, и мы его не увидим больше.
Мальчик и не предполагал, что может такое произойти, и ответил:
- Вот приедем и посмотрим.
А когда прибыли и зашли в домик, то увидели, как ни в чём не бывало свернувшего ужа.
- Видать уж облюбовал наш сад и никуда не уползает, - сказал Петя.
- Верно, сынок, - ответил отец.
Покормив его, поработав ещё в саду, уехали все домой. Петя думал:
- Как он там один?- и спросил у папы.
Отец ответил:
- Наверное, мышей ловит.
Да и правда, на следующий выходной, когда приехали, папа заметил, что грызунов намного меньше стало.
Однажды Петя играл с ребятами у соседнего сада со своим питомцем. Всем хотелось посмотреть, потрогать ужа. Из калитки вышел парень, намного старше ребят, подошёл к ним и начал толкать Петю. Они не заметили, как уж подполз к парню и грозно зашипел, издавая такой запах, что парень со страха чуть не упал и пустился бежать наутёк. В другой раз, когда приехали в сад, то соседи нас предупредили, что в наш домик приходили пришельцы. Когда вошли в дом, то увидели, что всё было разбросано. Мы догадались: им помешал наш уж.
А дело было так: Когда воры зашли в домик, то уж затаился. Обычно ужи избегают встречи с человеком, но в этом случае с ним что-то произошло. Видно, гости нарушили его обитель. Они уже готовились выйти через дверь с награбленным, как вдруг выполз уж из укрытия, извиваясь и грозно шипя, мотая головой в разные стороны и издавая такие неприятные запахи, что пришельцы с испуга, побросав вещи, выскочили в окно и больше их никто не видел.
Вскоре начала поспевать ягода, и мы готовились на следующий выходной её собрать. Когда приехали, то увидели опрокинутое ведро собранной смородины. Оказывается, одна женщина перелезла через забор соседнего сада и стала собирать смородину, но, увидев ужа, бросила ведро с ягодой и быстро перелезла обратно через забор, порвав платье. Эту историю нам рассказали потом соседи.
Как - то раз Иван Васильевич в саду позвал сына:
- Смотри, сынок, как уж охотится за мышью.
И они стали наблюдать за происходящим. Уж тихонько подполз к мыши и готовился к атаке. Та не ожидала, как уж, открыв рот, бросился на неё и проглотил.
Также он может поймать лягушку, мелких зверьков, - пояснил отец.
- Да, я сам видел, как уж гипнотизировал лягушку, - ответил сын.
Так уж прожил у нас до осени, начались заморозки. Отец, зная, что змеи на зиму уползают в укромные места для спячки, увёз его в лес и выпустил на волю.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Как-то мы с сыном рыбачили на озере Тихом и ловили карпов. Погода стояла солнечная, и солнце пригревало нас. От жары мы устроились под большим деревом, где ветки свисали над озером и создавали тень. Расположившись так, мы забросили снасти в воду и стали ждать поклёвку. Сначала не клевало, решил походить по берегу и порыбачить на поплавочную удочку. Вернувшись к месту с одним пойманным карпом, обнаружил. Как сын Миша вытащил маленького карпа и, предложил сыну отпустить рыбку, но в ответ услышал:
- Папа, давай его поместим в аквариум вместе с другими рыбками.
- Хорошо,- согласился я, - но для этого надо знать. Чем кормить?
- Мы узнаем у дяди Саши, он про рыб всё знает, - ответил Миша.
- Ладно, - соглашаясь с сыном, мы поместили его в банку и продолжили рыбалку. Поймав несколько карпов, мы уехали домой. Вернувшись, домой, сынишка побежал к Александру Ивановичу, друга моего детства и известного рыбака во всей округе.
- Дядя Саша, мы поймали маленького карпика, расскажи, как его содержать в нашем аквариуме, - обратился Миша к нему. Александр, мужик степенный, начитанный, особенно про рыб, пригласил сына в дом и усадив его в кресло. Сначала расспросил про рыбалку:
- Где рыбачили? Что поймали?
- Да, мы с отцом, на озере Тихом, поймали несколько карпов, да вот вытащил маленького карпа, но не похожего на карася, а как содержать в аквариуме не знаю, - ответил Миша.
- Рыба карп, как и карась, не прихотливая рыба и если содержать карпа в аквариуме, то лучше всего с золотыми рыбками. Если судить по твоему описанию, то твой молодой карп относится к золотым карпам, - начал рассказывать Александр, – и ещё будешь кормить кукурузной крупой, опарышом, дождевыми червями, смотри не перекармливай. Вообще они как свиньи, роются по дну, собирая корм, поднимают муть и пузыри. Поэтому обязательно нужно ставить фильтр. Прослушав целую лекцию про карпов и, распрощавшись с Александром Ивановичем, Миша воодушевленный рассказом известного рыбака пошёл домой. Дома из банки он в аквариум с золотыми рыбками выпустил молодого карпа, назвав его карпёнком, стал наблюдать. Карпёнок почувствовав свободу плавания и присутствие других рыб, сначала затаился, но потом освоился и плавал вместе с золотыми рыбками. Даже при кормлении рыб он первым появлялся и ел всю пищу, что давал Миша. Однажды сын обнаружил у него усы и когда пришёл с работы, закричал мне:
- Папа, смотри, у карпёнка выросли усы. Я подошёл к аквариуму и сказал:
- Этими усами карпы отличаются от карасей.
- Дядя Саша говорил, что этот карпёнок золотой карп.
- Посмотрим, когда подрастёт, тогда и увидим, что за карп. А сейчас за уроки садись.
- Да их уже сделал, - ответил сын.
- Тогда пошли на кухню. Я арбуз купил. На кухне хлопотала мама, приготовив жаркое, позвала нас к столу:
- Садитесь кушать. За едой сын рассказывал про карпёнка.
- Папа, мама, я уже заметил усы и золотую маленькую чешую. Хорошо сынок, а сейчас кушай, – ответила мама. А я разрезал уже арбуз. Покушав с аппетитом арбуз, Миша побежал к аквариуму смотреть рыбок. Всё свободное время мальчик наблюдал за молодым карпом и подмечал перемены. А карпёнок со временем подрос и превратился в золотого карпа, чем и отличался своей красотой от золотых рыб. На второй год карп так вырос, что было заметно, для него стал мал аквариум. Однажды сказал сыну:
- Миша, давай его выпустим в озеро Тихое, где мы его поймали. Как не жалко было сыну расставаться с карпёнком, пришлось вести его к озеру и выпускать на волю. Сынишка, выпуская красавца карпа, на прощание его поцеловал и расплакался. Прошло время, Михаил вырос, обзавёлся семьёй. Много он в аквариуме держал разных рыб, но часто вспоминал о карпёнке.
2018
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Недалеко от дремучего леса на берегу уединённого озера стояла бревенчатая изба. Вокруг росли пышные кусты малины, смородины, ежевики. Вдали от избы тянулись торфяные болота и бездонные трясины, которые немало засосал неосторожных охотников, прельстившихся заманчивыми изумрудными лужайками. Хозяином избы был мужик по имени Савелий. Жил он со своей женой – Евпраксией. С юности он был удалым охотником. На всю зиму запасался телятиной и свининой, замораживая их в больших сугробах. В глиняных запечатанных кувшинах, укутанных войлоком и уложенных в сено, хранил Савелий хмельной мёд. В сенях хранился мех – самое большое богатство охотника. Всё это Савелий хранил для сиротки Агриппины, которую нашёл в лесу, испуганную и заплаканную. И было ей тогда годков пять от роду. Как дитя попало в такое глухое место, он так и не узнал. Его жена была счастлива и души не чаяла в девочке. Ведь у них с Савелием не было своих детей. Вот и стал найдёныш им дочкой. С годами Агриппинушка превратилась в прекрасную девушку. Румяное лицо, блестящие карие глаза, длинные густые шелковистые волосы – просто заморская царевна! Охотник часто ездил в город на торги и брал с собой дочь, чтобы все могли увидеть её красоту. Может, найдется добрый молодец, который сосватает её и станет она настоящей хозяюшкой.
Однажды в избу Савелия пришел знакомый охотник и поведал страшную весть, которую он услышал от торговцев. С востока на их землю сибирскую идёт страшное войско. Сотни, тысячи всадников, жестокие, в закопченных от костров овчинах неслись на земли русские. Во главе этого войска стоял смуглый, узкоглазый вождь Бату-хан. Монголы считали себя избранным народом, отмеченным небом, а все другие покорённые ими народы должны были стать их рабами. Нападали они скопом, тысячами, с диким воем. Но Батыга, так называл его русский народ, боялся и знал, что урусуты народ сильный и злобный, как волк, а в бою упрямый и стойкий. В северной Руси повсюду были дремучие леса, города были защищены крепостями. Но одна была беда: русские князья враждовали между собой, приглядываясь, какую бы землю ещё захватить. Этим и воспользовался враг. Он был силён, его войска сплочённее. И горела святорусская земля, утопая в крови. Много лет русский народ страдал от царствования Золотой орды. Люди убегали в дремучие леса и там прятались от ненавистного врага. Татары боялись подходить к лесам, так как их народ привык жить в степях, а кони любили степную траву. Савелий решил съездить в город на торги, чтобы самому услышать подробно обо всём, что рассказал ему охотник. Он решил продать мех, чтобы купить рослого жеребца с пышным хвостом. Охотник запретил дочери ходить в лес. Но девушка не могла сидеть дома. Каждое утро на заре она, взяв лукошко, отправлялась в лес. Агриппина любила смотреть, как солнышко, пробиваясь сквозь деревья, лучами ласкало травы и цветы. От природы девушка была крепкой и сильной, часто ходила с отцом на охоту даже на медведя.
Выйдя незаметно из избы, она взяла с собой стрелы, лук и рогатину. В это утро в лесу было очень тихо. Девушка заметила, что птицы не поют как обычно звонко, а еле слышно перекликаются. Неужели быть беде?! И сердце забилось от тревоги. Ей стало очень страшно. Она слышала от отца, что уже много лет эти дикие нелюди – монголо-татары жгут русские земли, захватывая всё новые земли. От них остаются горы пепла. Многих людей они превращают в рабов, выбирая самых сильных. Хрустнула ветка, Агриппина очнулась от мрачных дум и подняла лук. Перед ней словно из-под земли вырос старец с длинной седой бородой. «Это колдун», - мелькнула мысль в голове у девушки. Из рассказов стариков она знала, что раньше среди болот в лесу жили колдуны.
- Не бойся меня, красавица, - заговорил хриплым голосом старик. – Я хочу дать тебе совет. Сюда идут полчища врагов, силы несметные! Ты мне должна помочь справиться с этой нечестью!
Дрожащим от страха голосом девушка спросила:
- Но чем я могу помочь?
Она заметила, что на старике меховой колпак, а из-под колпака на неё смотрели красные и слезящиеся глаза.
- Пойдём со мной, дочка, я тебе всё расскажу.
Девушка, не ведая, что с ней происходит, поплелась следом за странным стариком. Словно во сне, она продолжала идти за ним всё глубже и глубже в лес. Около большого ветвистого дуба, в самой чаще леса, колдун остановился.
- Здесь я живу, - промолвил старик. Дрожащими крючковатыми пальцами он раздвинул листву дуба. За листвой оказалась дыра, ведущая глубоко вниз под землю.
- Иди за мной и не бойся. Дрожа, девушка спустилась за ним в подземный ход. Внизу находилась большая пещера, в которой были разбросаны медвежьи, соболиные и песцовые шкуры. По бокам пещеры горело несколько свечей в серебряных подсвечниках. В центре горел костёр, возле которого сидела старая женщина, укутанная в парчовую ткань, и жарила на вертеле мясо дикого кабана, аромат которого заполнял всю пещеру. Заметив гостей, старуха поднялась, подошла к Агриппине и стала брызгать на неё водой. Агриппина встрепенулась и вдруг ясно поняла, что это не сон. Страх словно рукой сняло.
- Вот видишь, теперь с тобой всё в порядке! Не бойся! – женщина движением руки велела сесть на медвежьи шкуры.
Затем постелила на стол скатерть с яркими узорами и поставила угощения. Старик, кряхтя, налил вина и поднёс девушке. «Оно, наверное, отравлено!» – мелькнула мысль в голове Агриппины. Колдун, угадав её мысли, опрокинул кубок вина себе в рот. Ужинали молча. Насытившись вкусной едой, девушка уснула. Утром старик разбудил её и пригласил испить душистого травяного чая. Женщина принесла родниковой воды и велела девушке умыться. Освежив лицо живительной влагой, она почувствовала, как её тело стало бодрым, крепким, а такого вкусного и ароматного чая она никогда не пила. Повернувшись к девушке, загадочная женщина приоткрыла своё лицо. Это уже было лицо не вчерашней старухи! Её сияющая красота поразила Агриппину.
- Это княгиня! – сказал колдун. – Её мужа и детей убили жестокие татары, её же увезли в плен, из которого ей удалось убежать. Я сделал её сильной и помог перенести страшное горе! Научил её колдовству, чтобы она смогла отомстить этим нехристям за свою семью. И тебя я научу этому. Ведь женская красота – это и есть чары, и вы их используете. Татары рано или поздно нападут и на нас, им нужны продовольствие, пушнина, кони. На их же коней я наведу порчу, а их войско мы утопим в бурной реке, которая течёт недалеко отсюда. Сказав последние слова, старик исчез. Женщины, не проронив слова, смотрели друг на друга.
Вдруг Агриппина встрепенулась и промолвила:
- А как же мой отец? Он должен скоро вернуться с торгов, а меня не застанет дома. - Он ещё не вернулся, - тихо проговорила женщина. – Весь народ сейчас собирает силы. Женщины вместе с мужчинами, одной волей, одним сердцем с топорами и рогатинами пойдут биться против нехристей с Дикого Поля. Все храбрые князья со всей Руси объединяются, чтобы навсегда очи стить землю, многострадальную и истерзанную.
- Я согласна, я храбрая! Вместе с вами я помогу своему народу уничтожить врага! - воскликнула девушка.
Долгое время старик не показывался в пещере. Обе женщины беспокоились, но они были уверены, что с ним ничего страшного не произойдет, ведь он самый сильный колдун на сибирской земле. Агриппина попросила княгиню, чтобы та вывела её из пещеры осмотреть лес и поохотиться на горностаев, соболей. Выйдя наверх, девушка вдохнула чистый воздух. Настроение у неё было приподнятое. Вдали послышался конский топот. Сквозь деревья она увидела, как старик ведёт под уздцы двух великолепных жеребцов с пышными хвостами и шелковистыми гривами, заплетёнными и перевитыми красными лентами. Крутые гладкие спины жеребцов были покрыты пёстрыми коврами. Позади колдуна ехали несколько всадников. Их кони были такие же великолепные. Агриппина побежала к пещере, чтобы сообщить о приезде всадников. Обе женщины как завороженные смотрели на храбрых молодцев и загадочного колдуна. Один из всадников, молодой князь, подошёл к женщинам и низко поклонился. Его глаза встретились с глазами Агриппины. Он стоял словно заколдованный. Красота девушки поразила его. В его руках сверкал золотой ларец. Открыв его, молодец вынул жемчужное ожерелье, привезённое из Царьграда, и дрожащими руками надел его на шею девушки.
- Теперь ты моя суженая, это святое ожерелье будет тебя охранять от злых духов и врагов. А это тебе, княгиня, от наших воинов, мы скорбим о гибели твоего храброго мужа. Князь преподнес ей образок на серебряной цепочке.
- Носи его, он принесёт тебе удачу и счастье в будущем. А тебе, старик, кланяюсь до земли за такой волшебный подарок. Твои кони не простые, в них заключена большая сила земная. Их гривы омыты волшебной утренней росой, а целебные травы, которые ты собирал для них в лесу, принесли им лёгкость птицы. С такими скакунами мы одолеем любого врага.
Ратники князя поблагодарили царя леса – колдуна и, поклонившись ему в ноги, ускакали. А оставшиеся два волшебных скакуна в золотой сбруе стояли перед женщинами. Обе, радостные и счастливые, принялись ласкать лошадей.
- А теперь мы их накормим, напоим, и я отведу их в своё заветное место на покой. Когда нападут враги, возьмёте этих коней, - сказал старик.
Накормив и напоив лошадей, старик отвёл их к большому дубу, стоящему рядом с пещерой. Закатив свои воспалённые глаза кверху, колдун весь затрясся, и по лесу прокатился звук, похожий на гром. Дуб раздвоился, и кони исчезли, словно их и не было. Удивлённые женщины не смогли вымолвить ни слова.
- А теперь вы должны отблагодарить меня за мои старания и угостить жареным мясом и крепким вином, - сказал колдун.
Все трое направились в пещеру на вечернюю трапезу. Вкусно поели и уснули. Рано утром колдун вышел из пещеры, чтобы осмотреть лес и сходить к реке. Река была спокойная. Старик сел в лодку и поплыл к середине реки, чтобы наловить рыбы. Вдруг он увидел, как к нему навстречу плывёт лодка, а в ней человек машет руками. Это был дервиш. Колдун узнал его. На голове дервиша был колпак, а на лбу блестела овальная пластинка, изображающая летящего сокола. Она служила пропуском для войск татаро-монголов во все их владения.
- Я тебя увидел во сне, зачем звал меня? – спросил старик.
- По указу моего повелителя я приплыл к тебе, чтобы поговорить о важном деле. Как только замёрзнут болота, храброе войско моего повелителя захватит ваши земли. Колдунов он не тронет, так как боится, чтобы они не нагнали злых духов, которые будут вредить их воинам. Вдруг раздался свирепый хриплый рёв длинных труб.
- Это возвещают о начале пиршества, - сказал дервиш.
На берегу реки горели костры, а вокруг них сидело большое скопище татаро-монголов. Шаманы, увешанные всякими погремушками и с тряпичными куклами на поясах, приплясывали вокруг огней, били в большие бубны. Они махали руками на дым, стараясь изгнать дымом глупые мысли воинов.
- Теперь ты убедился, какую силу имеет славный полководец Бату-хан? - с восторгом проговорил дервиш. – Вы должны покориться, и считать большой честью служить ему, а если начнёте сопротивляться, он из вашей земли сделает пепел, а всех диких урусутов половину уничтожит, а остальную половину превратит в рабов. Услышав такие речи от нехристя, колдун в гневе затрясся.
- Передай своему Батыге, что русский народ никогда не покорится твоему хану. И он ещё пожалеет, что его нога ступила на священную Русь!
Вдруг река заволновалась, поднялись волны. Оцепеневший от страха дервиш увидел, что колдун исчез. Дрожа от холода, он еле доплыл до берега. Придя в лес, колдун посмотрел на деревья, потом стал крутиться словно юла. Лес неожиданно наполнился пением птиц. Старик упал на землю и закричал:
- Слава Всевышнему! Это знак, что русская земля, многие века терзаемая врагами, будет свободна, а её трудолюбивый народ начнёт засевать земли пшеницей, строить города заново, молодые женщины будут снова рожать богатырей! Слёзы счастья лились из глаз колдуна. Не дождавшись старика, женщины уснули. Проснувшись в полночь, Агриппина увидела его сидящим у огня. Старик кивал головой и что-то шептал. Вокруг него были разбросаны камушки разного цвета, и он их внимательно рассматривал. Стараясь не отвлекать колдуна от гадания, девушка закрыла глаза, притворившись, что спит. Вдруг старик замахал руками и начал бегать вокруг костра. Казалось, что пещера закружилась, и девушка словно провалилась в какую-то тьму, проспав до самого утра. Когда проснулась, хозяин пещеры уже успел приготовить вкусную еду.
- Почему мы так долго спали? – спросила княгиня.
- Вам предстоит трудное испытание. Татары и монголы собираются переправиться через реку и напасть на наши сёла и города, а мы им должны помешать. Войско их уже не имеет такой силы, как было раньше, ведь сколько веков они воюют.
Утром старик привёл к пещере своих волшебных коней, украшенных золотом, жемчугом, парчой и посадил обеих женщин в седло. Взмахнув руками, он одел их в белые одеяния. Распустив волосы, женщины превратились в настоящих фей. На их головах поблёскивал золотой ободок, украшенный сверкающими драгоценными камнями. В руках они держали яркие разноцветные ленты. Колдун повёл княгиню к реке, где был сооружён плот. Погрузившись на плот, они поплыли по реке. Агриппина осталась со своим конём на берегу. Лучи багряного солнца выглянули из-за горизонта. Откуда-то раздался звон колоколов, извещающих о большой беде. Показался всадник на уставшем коне. Это был гонец. Он сообщил, что пришёл указ от великого князя. Он кинул клич по всем землям, чтобы народ собирался в поход, так как большая вражеская сила идёт на земли сибирские. Всадник поскакал дальше в лес, где прятались крестьяне. Девушка увидела, как через реку длинные черные лодки перевозят воинов вражеского войска к берегу. Увидев посреди реки волшебницу в белом одеянии, татары подумали, что это знак с небес, что они непобедимы. С криком они бросились в реку. Вдруг вода в реке заволновалась. Волны высотой с гору заходили по реке, набегали на берег и стали смывать лодки, людей, телеги с лошадьми. Пошёл сильный дождь. Казалось, небо обрушилось на землю. Он лил и лил, словно хотел смыть с земли всё живое. Река мстила диким варварам, которые напали на Русь. Несколько молний ударило по юртам ненавистных монголов, они запылали и сгорели дотла. Войско превратилось в скалу, и тогда буря прекратилась. Вдруг Агриппина увидела, что к лесу движется ещё одно большое войско татар и монголов. Они долго прятались, затаившись, ожидая, когда замёрзнут болота, чтобы по ним можно было свободно пройти и напасть на сёла. Девушка, помня наказ колдуна, поскакала навстречу. Она была грозна и прекрасна, белое платье развевалось по ветру. В руках девушка держала волшебную ленту. Войско замерло. Все смотрели на фею, словно спустившуюся с небес. Они были поражены её красотой и конём с великолепной гривой. При виде золота, которым был украшен конь, у монгол от жадности загорелись глаза. Девушка натянула уздечку, и конь поскакал к лесу, к болотам. Вражеские войска кинулись следом, натягивая луки, чтобы выпустить стрелы, но руки их не слушались, а кони неслись следом за волшебницей. Подъехав к болотам, взмахом руки фея заморозила все лужайки, и вода засеребрилась льдом. Войско кинулось к болотам. Неожиданно девушка резко повернула своего коня, снова взмахнув лентой. Жаркие лучи солнца растопили болото, и оно поглотило всё вражеское войско. От радости и волнения Агриппина не смогла сдержать слёз. Она – волшебница! Вдруг чья-то рука стала гладить её волосы. Это был князь, её суженный. Подъехала вся дружина ратников, их лица сияли радостью. Теперь они навсегда изгнали ненавистного врага со своей земли. Колдун пригласил всё войско в пещеру отпраздновать победу. Но это была уже другая пещера – замок под землёй. Накрыли столы для угощения: жареное мясо диких зверей и птиц, мочёные ягоды, грибы, хмельной мёд. Повсюду горели яркие свечи. Среди воинов девушка увидела своих отца и мать, которые тоже боролись с врагом. Молодой князь попросил руки девушки. Родители с радостью согласились отдать свою дочь храброму князю. За праздничным столом сидел колдун. Неожиданно он встал, сбросил с себя одежду и косматые волосы. Перед всеми предстал молодой, необыкновенной красоты воин с большими синими глазами и светлыми волнистыми волосами. От такого видения княгиня упала в обморок, но молодец не растерялся. Он побрызгал её лицо водой из золотого кувшина. Женщина открыла глаза. Радость наполнила её молодое тело: теперь она снова будет счастлива! Пир длился до самого утра. Ненавистный враг навсегда был изгнан с земли русской. Народ раскапывал засохшие оросительные каналы, выстраивал из жердей и глины мазанки. Восстанавливались крепости, города, сёла. Русь вздохнула свободно.
На свадьбу Агриппины и князя собрался народ со всей округи. Свадебный пир длился несколько дней. Вся семья охотника теперь жила в хоромах князя. И жили они долго и счастливо.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Недалеко от Арчазора, что означает (Медвежье ущелье), раскинулось армянское селение с несколькими хижинами. Ущелье выглядело, словно живописная картина, написанная талантливым художником. Чистый горный воздух вливался, словно живительная сила, придавая всему живому существу энергии, сливаясь с ароматом горных трав, цветов, с пением птиц. С каждым новым днём природа дарила людям своё богатство, как бы говоря: «Я всё для вас сделала! Берегите мои сокровища, наслаждайтесь, но не старайтесь меня изменить». Люди, живущие в этой местности, очаровывались природной красотой, когда встречали рассвет и провожали закат. Каждый из них работал сам на себя. Им были чужды войны. Они сеяли пшеницу, охотились на горных коз, кабанов, ходили на медведя. Это был их мир, их жизнь. Люди жили здесь очень долго. Все они были словно одна большая семья. Горе и радости делили вместе. В селении жил уважаемый всеми охотник Ерем. Он славился ещё и тем, что умел шить кожухи и обувь из медвежьих шкур. Это был человек богатырского здоровья, крепок статью. Он был похож на горного орла. Большой нос, словно изогнутая дуга, большие чёрные глаза, на смуглом лице играл румянец. Поселенцы на праздники устраивали зрелище: мужчины мерились силой друг с другом. Никто из них никогда не мог победить Ерема. На него набрасывались несколько человек, но он руками раскидывал соперников в стороны, словно тюки с шерстью. Селяне за это его любили и уважали. Слово Ерема были законом для всех. Но он был несчастлив. Жена родила ему дочь, всё селение радовалось, поздравляя Ерема. Но вскоре выяснилось: девочка слепа от рождения. Глядя на дочь, жена заливалась горькими слезами, Ерем же уходил в лес и там давал волю своему горю. Падая на колени, он кричал лесу, небу и ветру: за что его Бог так покарал? Его крик был вызван жуткой болью от сознания того, что его бедная дочь никогда не увидит свет. Всю свою жизнь она будет несчастной, а он со своею женой до конца своих дней будет лить слёзы. Когда они умрут, что станется с их дочерью? Ерем не находил на это ответа ни у реки, ни у леса, ни во всём живом вокруг. В ущелье был большой родник. К нему шла тропинка от селенья. К роднику девушки с кувшинами ходили набирать воду. Глядя на них, Ерем думал: неужели его Гайкануш не придёт сюда никогда, чтобы полюбоваться родником и испить волшебной воды, чистой как слеза. Дочь выросла и превратилась в прекрасную девушку. Казалось, что все краски природы были задействованы в сотворении этой красоты. Гибкий стан, необыкновенной белизны кожа, длинные чёрные ресницы оттеняли её большие, небесного цвета глаза. Тяжёлые, цвета воронова крыла, косы свисали ниже пояса. Что ждало это прекрасное создание, какая судьба ей уготована? Никто не знал. Девушка быстро научилась самостоятельно ходить по лесу, собирать цветы. Гайгануш чувствовала их запах, слышала дыхание ветра. Она стала с другими девушками ходить рано утром к ручью. Однажды Гайкануш сказала девушкам: - «Вы идите, а я посижу здесь около ручья». Было лето, и в лесу не было такой жары, как в хижине. Если бы она смогла видеть! Какая здесь красота! Недалеко росли ореховые деревья, дикие гранаты, ежевика. Притрагиваясь к ним своими нежными руками, она словно здоровалась с ними. Ей казалось, что ветки деревьев ей кланяются. И это было так. Природа восхищалась своим творением. Но мир для неё был чёрной тьмой, и выбраться из неё она никогда не сможет. Из глаз Гайкануш покатились слёзы, словно град. Вдруг девушка почувствовала, как кто-то к ней дотронулся. Испугавшись, она вскочила, жалея о том, что осталась одна. - Не бойся!- ответил голос, - Меня послал старик, что живёт за ущельем. Он хочет вылечить тебя. Но ты должна сейчас же идти за мной, чтобы не терять времени. Родители твои не должны знать, где ты сейчас,- сказал незнакомец. - Я не могу так поступить с ними,- взволновано ответила девушка. - Мы сообщим твоим родителям, что с тобой всё в порядке. А сейчас иди за мной. Мы теряем время. Повинуясь какой-то магической силе, Гайкануш последовала за странным человеком. Он протянул верёвку и сказал: «Привяжи себя, а второй конец я буду держать. Мы будем проходить узкое ущелье. А так как ты не видишь и можешь сорваться в обрыв, я буду тебя крепко держать». Была сильная жара, незнакомец прикрыл ей голову большим листом лопуха и постоянно смачивал его водой, которую он набрал у ручья. - Ты крепкая девушка,- похвалил её странник. Всю дорогу они шли молча. Девушка была крепка здоровьем и сильной усталости не почувствовала. - Вот мы и пришли,- сказал спутник. И она почувствовала, как приятный прохладный воздух охватил её тело. Из хижины вышел старец с длинной седой бородой, а за ним женщина, воскликнув: «Боже мой! Какая красота!» - пригласила гостью в хижину. Девушка почувствовала под ногами что-то мягкое. Это была шкура медведя. Таких шкур полно было в хижине её родителей. Горела свеча, и девушка слышала её потрескивание. Женщина налила девушке молока и дала лепёшку, намазанную мёдом, со словами: - Пусть тебе поможет Небо, а сейчас поешь и ложись спать. Когда начнёт светать, ты пойдёшь в горы с моим мужем, и так будет продолжаться каждое утро, - сказала жена старца. Гайкануш прилегла на шкуры и уснула крепким сном. Ей снилось, что она видит! Вокруг такая красота! Её окружают деревья, цветы, ручейки. Всё это она видит глазами, различает их цвет. Она рвёт прекрасные алые розы, её шипы впиваются в её нежные руки, по ним течёт кровь, но она не обращает на раны внимание. Она видит, как приближается прекрасный юноша и протягивает ей платок, чтобы она вытерла кровь. Тут она проснулась. Видение исчезло, и снова гнетущая тьма окутала её глаза. -Неужели я никогда не увижу свет в таких красках, какой он есть,- вслух произнесла Гайкануш. -Дочь моя, иди за мной! - услышала она голос старца. Шли долго. Наконец старик остановился. -Сейчас мы подойдём к скале, будем ждать восхода солнца. Когда оно согреет камни и с них потекут слёзы, в них и будет твоё спасенье. Ты должна набраться терпения, будет сильно жечь, но ты должна всё вытерпеть, ибо боль с каждым разом будет всё сильнее. Если же ты не почувствуешь боли, значит, на выздоровление надежды нет! Но я уверен, ты будешь видеть! Рыдание твоего отца донеслось к нам в ущелье, от него содрогались горы. Мне стало жаль этого несчастного, и я послал своего ученика узнать, что за горе постигло его. Сколько лет живу, никогда не слышал, чтобы человек так страдал в своём горе. Если бы ты не была такой прекрасной, может, отец и смирился бы с твоей слепотой. Но ты прекрасна, и мне не будет оправдания, если ты не прозреешь. Вот и слёзы камней потекли!- радостно воскликнул старик. Подойдя ближе, девушка ощутила, как он дотронулся до её глаз, раздвинул веки и стал смазывать их жидкостью. Гайкануш воскликнула от боли, глаза сильно жгло, но, вспомнив, что сказал её спаситель, от радости она стала смеяться, повторяя: -Я чувствую боль! Эта целебная жидкость подействовала на мои глаза! Старик облегчённо вздохнул. - Свершилось! Лечение пойдёт на пользу. Посиди на камне и слушай, что я тебе расскажу, - и старик начал свой рассказ: Я ослеп в юности. Всё селение меня жалело, но мне их жалость не нужна была, это меня ещё больше раздражало. Одна девушка полюбила меня такого, каков я был. Мы с ней ушли далеко в горы. Построили там хижину. Я каждое утро ходил в горы, обнимал их и рыдал. И однажды я почувствовал, что какая-то жидкость липнет к моим рукам. Стали чесаться глаза. Я, не обращая внимания на испачканные руки, стал их протирать. И вдруг почувствовал жгучую боль, но через некоторое время она прошла. Тогда я каждый день стал приходить туда с женой, и она смазывала мне глаза этой жидкостью. Потом я наконец-то увидел свет! Моей радости не было предела. Я и сейчас очень хорошо вижу, и жена моя тоже. Слушая всё это, девушка стала плакать и обнимать старика. -А дети у Вас есть? – спросила Гайкануш. - Конечно! Они уже взрослые, и правнуков много теперь у меня. Все они служат в армии царя Ашота. А мы с женой никуда не захотели ехать. Без наших прекрасных гор, мы не смогли бы прожить на свете, сказал мудрый старец. Старик с девушкой вернулись в хижину и обо всём рассказали. Нахшун, так звали жену старца, очень обрадовалась, ведь она жалела эту бедную девушку. Шло время. Старик на рассвете водил девушку к горам. После каждого лечения он повязкой закрывал глаза и велел девушке не снимать повязку без его разрешения. - Сначала ты должна увидеть свечу в хижине, ночью звёзды и месяц, а потом и само солнышко – учил её спаситель. Девушка выполнила все наставления мудрого старца. Она жила теперь одной надеждой на выздоровление. Вскоре старик сказал девушке, что её родители знают, что она находится в его тайном убежище. Прошло время. Лето близилось к концу. Однажды, вернувшись вечером с гор - мудрец снял повязку с глаз девушки. Она встрепенулась, словно испуганная пташка. Свет свечи коснулся прекрасных глаз Гайкануш. Ей показалось, будто молния пронзила её тело. От радости она стала бегать, смеяться. - Слава Богу! Я вас вижу и всё, что меня окружает! Упав на колени перед старцем, она стала целовать ему руки, она впервые увидела свет. - Вы мои вторые родители, я всю жизнь буду за вас молиться, вы подарили мне свет, а значит и радость жизни, - сказала взволновано девушка. - По такому случаю мы завтра устроим пир. Ведь ты сегодня ночью увидишь звёзды. А завтра-солнце! Ночью все втроём вышли из хижины. Для Гайкануш открылся такой мир, о существовании которого она не знала. В небе высоко светили звёзды, казалось, месяц тоже смотрит на девушку, словно радуясь её выздоровлению. Ночь была прохладной, но девушка не чувствовала холода. Кровь кипела в её молодом теле. Налюбовавшись вволю ночной красотой, обитатели хижины заснули крепким сном. Девушка так крепко спала в эту ночь, что сначала не могла понять, что с ней происходит, когда её разбудил старик. -Вставай! - радостно позвал он девушку. Пора тебе познать все прелести дня. Сейчас мы с тобой будем смотреть, как восходит солнышко. Ты почувствуешь и увидишь его первые лучи - не представляешь, как это прекрасно! - воскликнул целитель. Девушка выбежала из хижины и - о чудо! Она увидела солнышко. Оно словно огненный шар, поднималось из-за гор. Это оно, солнышко, которое обогревает всё живое на земле. Его лучи, сверкая, падали на камни гор. Вокруг пели птицы. Трава под ногами была мягкой, словно ковёр. Вокруг росли красивые цветы. - Вдруг Гайкануш услышала какое-то шипенье. В эту минуту старик подбежал к ней. Достав из кармана деревянную трубку, стал жалобно играть. Это была змея гюрза. Он давно с ней подружился. Здесь их было очень много. Они грелись на камнях, нагретых солнышком, а он собирал их яд и делал мази от разных болезней. - А теперь пойдём – дома нас ждёт праздник по случаю твоего выздоровления. Из хижины доносился необычайный аромат жареного мяса. Хозяйка накрыла стол. Таких разнообразных яств девушка ещё никогда не ела. Всё было необыкновенно вкусно. Жена принесла вино, старик воскликнул; «Этому вину много лет, оно очень крепкое и придаст им силы». Ведь тебе наверняка хочется домой. Твои родители все слёзы выплакали, дожидаясь тебя. Вчера я слышал эхо, которое доносилось сюда в горы. Отец звал тебя. Вспомнив о родителях, Гайкануш расплакалась, но это били слёзы радости. Старик громко запел песню. У него был сильный, красивый голос. Эго пение эхом раздавалось далеко в горах. Вскочив, неожиданно запела девушка. Их голоса сливались с пением птиц, наполняя этим блаженным звучанием всё вокруг. Казалось, всё живое радовалось прозрению девушки. Вечером все довольные и уставшие легли спать. И никогда ещё Гайкануш не чувствовала себя такой счастливой! Опять ей чудилось, что она рвёт прекрасные розы, шипы колют её нежные руки. Снова появляется юноша и подаёт ей платок, чтобы она вытерла кровь. Гайкануш протягивает к нему руки, но юноша исчезает. Она бежит за ним, но его нигде нет, а ветки деревьев больно бьют в лицо. В страхе Гайкануш проснулась . Перед девушкой стояла жена старца и брызгала на неё водой. - Тебе что-то страшное приснилось? Ты так кричала во сне, что меня разбудила. Расскажи, что тебе приснилось? Когда девушка рассказала сон, женщина глубоко вздохнула и сказала: - Не буду тебя обманывать, но жизнь твоя теперь изменится. Ты будешь много страдать из-за своей красоты. Мужчины будут драться из-за тебя только эти горы, и ущелья могут дать тебе счастье и спокойствия, а выбирать тебе! Больше я тебе ничего не скажу. Когда стало светать, старик вывел двух осликов и нагрузил их едой и питьём, лекарственными травами и мазями.- Это пригодится для твоих сельчан,- сказал целитель. Ещё не взошло солнце, когда они вышли из хижины. Путь был долгим, они часто отдыхали. Всю дорогу девушка любовалась природной красотой, на пути встречались косули, джейраны, очень красивые животные разноцветной окраски с большими продолговатыми глазами. Всё это казалось Гайкануш необыкновенно прекрасным. Даже палящее солнышко её не огорчало. Её спутник надел ей папаху на голову, чтобы солнце не обожгло её прекрасное лицо. Они подходили к селению, когда стало темнеть. На пороге дома стояли мать и отец. Мы каждый день тебя ждём! - плача от радости, проговорили измученные ожиданием родители. Радости не было предела. Их дочь видит! Их красавица Гайкануш теперь будет счастлива. Мать кинулась к старцу, целуя ему руки. -Я слышал, как твой муж кричал и плакал. Казалось, горы дрожали от его крика печали и безнадёжности. И вот я помог вылечить вашу дочь, принимайте её здоровую. -Она видит, радостно воскликнул старик. На следующий день в селении был большой радостный праздник. Никто в этот день не работал, поздравляли Ерема. Погостив несколько дней, старик-целитель собрался в обратный путь. Все жители села одарили его подарками в знак благодарности. Когда взошла заря, Гайкануш сказала, что хочет сама провести своего спасителя к ручью. Напившись воды, старец попрощался с девушкой. Гайкануш наконец-то ощутила всю радость жизни. Она бегала, обнимая ветки деревьев и, охваченная неописуемым восторгом, запела. Её пение было слышно далеко за ущельем. Лес словно проснулся, казалось, что и птицы подхватили её песню. Девушка даже не заметила, как всадник, весь закованный в доспехи, приближался к ней. Увидев такую прекрасную девушку, он потерял дар речи. Когда Гайкануш увидела всадника, кинулась бежать. Но тут подъехали ещё несколько всадников и окружили испуганную девушку. -Это моя находка! Воскликнул воин, который первым заметил девушку. -А мы кинем жребий, кто выиграет, тот и заберёт девушку. Воин выхватил меч, началась драка. Победа досталась рыцарю. - Вы не должны убивать друг друга из-за меня!- воскликнула девушка.- Отпустите меня домой,- здесь недалеко живут мои родители. -Мы царские воины, - сказал один воин, и схватил Гайкануш посадил на коня. Девушка потеряла сознание. Когда она очнулась, то подумала, что это сон. Лежала она на белоснежных простынях большой кровати, на бархатных подушках, словно принцесса. Пол был устлан коврами с необычным рисунком. На коврах были изображены лебеди, плавающие в синем пруду. Девушка лежала и боялась пошевелиться. В комнату вошла девушка с подносом, полным всякой еды. -А где я нахожусь? - придя в себя, спросила Гайкануш. -Ты во дворце его величества царя Ашота,- сказала служанка. Наконец-то она вспомнила, что с ней случилось. Девушка отказалась от еды и попросила, чтобы её отправили домой к родителям. Служанка, не сказав ни слова, вышла. Гайкануш разрыдалась и стала стучать в большую дубовую дверь. До самого вечера к ней больше никто не приходил. Поплакав несколько часов, девушка всё же немного поела. Вечером служанка принесла ей еду и платье из голубой парчи, обшитое золотом. Служанка принялась её одевать. Расчесав её прекрасные волосы, высоко уложила их на голове, закрепив золотым гребнем. Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился царь. В детстве мать ей рассказывала, что на их земле правит царь. На голове он носит золотую корону. Все люди, живущие на этой земле, его подданные. Испугавшись, словно загнанная лань, девушка потеряла дар речи. Да и царь, прежде чем заговорить, долго не мог прийти в себя. Красота девушки поразила его. -Ты настоящая красавица! – наконец заговорил царь. - Жаль, что в тебе не течёт царская кровь, хотя твоя красота заслуживает трона! Кто ты такая? Теперь я хочу тебя выслушать! Ты всё подробно должна мне рассказать, ничего не утаив, иначе тебе ждёт наказание. Гайкануш всё подробно рассказала о себе и о старце, который её вылечил от слепоты. -Ты будешь служить в покоях моей жены. Мой художник будет тебя рисовать. В моём дворце будут висеть твои портреты, все будут любоваться твоей красотой которую подарили тебе горы и первозданная, прекрасная природа, которая тебя окружала. Гайкануш, немного осмелев, взглянула на царя. Её поразил нездоровый цвет его лица. Кожа была бледная, а глаза потухшие, усталость выражалась даже в движениях его рук. «Наверное, он сильно болен», - подумала девушка. Ей почему-то стало жаль его, несмотря на то, что здесь она пленница. -Ваше Величество, Вам надо побывать в горах у старца. Там сама природа исцеляет болезни, а горный воздух придаёт силы. А если Вы услышите пение птиц, Ваш голос сам будет петь вместе с ними, Вы окунётесь в таинство мира, который Вам был не известен. -Ты умная девушка! Красиво умеешь говорить, но я царь и не могу жить в горах. Я защищаю нашу с тобой землю от врагов, которые покорили несколько наших земель, увезли самых красивых девушек, чтобы превратить их в рабынь и наложниц. Плачет, стонет наша земля, истерзанная, разорённая врагом. Но перед тем как идти в поход на врага, Вы должны побывать в ущелье, где живёт старец,- убеждала царя Гайкануш. -Я подумаю над твоими словами,- ты дело говоришь,- сказал царь Ашот и вышел из опочивальни Гайкануш. Мысли путались в голове девушки, она даже не верила, что это она, та самая девушка с гор, которая даёт советы царю. Радость охватила всё её существо. Она полна сил, молодости, красоты, а главное, видит мир, как все. Но оказывается, не все люди живут так тихо и спокойно, как там в ущелье. Существует и иной мир: с войнами, где люди убивают друг друга. Девушка подошла к зеркалу. На неё смотрела девушка необыкновенной красоты, словно царица. -Неужели это я? С восхищением подумала Гайкануш. Вдруг словно молния пронеслись слова жены старца: «Из-за тебя будут драться воины и убивать друг друга». -Зачем мне такая красота, если из-за меня будут умирать люди? - упав на подушки, она разрыдалась. В дверях показалась служанка и строго сказала: -Вытри слёзы! Пойдём, тебя ждёт царица, она хочет тебя видеть. Давай сначала я тебя приведу в порядок. Когда девушка немного успокоилась, служанка повела её в опочивальню царицы. Они шли по длинному коридору, везде горели свечи. Около входа в покои царицы стояла стража. Девушка вошла. Сердце её сильно колотилось от волнения. На троне восседала царица, излучающая красоту и доброту. Девушка вошла, сильно взволнованная, и упала без чувств к её ногам. -Дитя моё, встань! Не нужно так волноваться! Я всё о тебе знаю. Бедная девушка, сколько тебе выпало горя за твою короткую жизнь! Ты прекрасна, как утренняя заря! Подойди ко мне, сядь рядом со мною и подробно расскажи о себе. Мы теперь с тобою станем подругами. Я хочу всё знать о тебе, ласково проговорила она. Гайкануш подробно рассказала о своей жизни в ущелье, а когда речь заходила о природе её родины, царица представила, как она в одной рубашке, босиком бегает по росистой траве. -Я хочу там побывать,- грустно сказала она.- Но это невозможно! Я должна быть рядом со своим мужем. Бесконечные войны истерзали нашу многострадальную землю! Дэвы пустынь и степей опустошили наши земли. -Но чтобы воевать с врагом, царь должен быть здоров и полон сил,- сказала девушка. Ему надо побывать в горах, испить воды из ручья. Он должен туда поехать. В горах и мысли мудрые приходят. Царица уговорила своего мужа отправиться в горы к старцу. Девушка стала просить царя, чтобы он отвёз её обратно к родителям, но он строго сказал, что когда посчитает нужным, тогда и отправит её домой. Девушка разрыдалась. Она поняла, что здесь нет ей свободы. Она скучала по горам, по росистой траве, хотелось испить воды из ручья. Пришла служанка и сообщила девушке, что она пойдёт гулять с царицей. Вся свита королевы вышла на лужайку. В пруду плавали прекрасные белые лебеди, вокруг замка росли удивительные цветы. Сам город был построен из розового камня. Но этот прекрасный город не мог сравниться с природной красотой тех мест, где родилась Гайкануш. После прогулки царица сказала девушке, что придёт художник, который будет её рисовать. Вошёл юноша, одетый во всё белое. Встретившись взглядами, молодые люди долго не могли прийти в себя. Наблюдая за ними, царица поняла, что они с первого взгляда полюбили друг друга. Художник был высокого роста с белой прозрачной кожей, с красивыми чёрными глазами. Опомнившись, художник подошёл и поклонился Её Величеству. - Петрос! Вот эту девушку ты должен с сегодняшнего дня рисовать. Её портреты должны украшать наши галереи, - сказала царица. Художник взял девушку за руку и повёл в свою мастерскую. От запаха красок у девушки закружилась голова. Здесь находилось много портретов царей и других знаменитых личностей. Теперь каждый день Гайкануш приходила в мастерскую художника. Она очень уставала, но, видя своё отражение на холсте, восхищалась собой. Художник и девушка полюбили друг друга. Казалось, что они и минуты не могут прожить друг без друга. А в это время царь Ашот, переодевшись в одежду простого охотника, отправился со своею свитою в горы к старцу. Чувствовал он себя очень плохо, с трудом преодолевал перевалы и ущелья. Они шли несколько дней. Хотя лето подходило к концу, днём стояла невыносимая жара, а ночью было очень холодно. Наконец путники добрались до места. Перед ними открылась живописная картина. Они спустились в долину, усеянную мягкой травой и цветами. Царь, забыв о своём величии, стал бегать босиком по траве. Щёки его раскраснелись, в глазах появился блеск. А когда он выпил из ручья воды, то почувствовал себя совсем бодрым. Воины, глядя на него, тоже стали бегать по траве и радоваться как дети, позабыв, кто перед ними. Здесь они были все равны. К вечеру путники прибыли к хижине целителя. Старец ждал гостей. Мясо барана жарилось на вертеле. Запах ароматной еды разносился далеко по округе. Жена старца пригласила всех к столу. Отведав несколько блюд, восхищаясь их вкусом, царь поблагодарил хозяев за гостеприимство. Сытно поужинав и выпив крепкого вина, путники легли спать в хижине, где пол был устлан пахучим сеном. Все уснули крепким сном. Царь никогда ещё не чувствовал себя так бодро. А утром, чуть взошла заря, старик разбудил царя. Прохладный утренний воздух придавал уставшему телу силы. Они подошли к скалам. Когда взошло солнышко и нагрелись скалы, с них потекли волшебные слёзы, царь Ашот лёг на тёплые камни, старец стал растирать всё его тело: шрамы от ран, которые очень болели, не давая ему покоя. После этого целитель приготовил на костре ароматный душистый отвар из горных трав. Испив необыкновенного напитка, Ашот почувствовал, как будто живительная сила влилась в его тело. Царь стал благодарить старца. -Я бы осыпал тебя золотом, но знаю, оно тебе не нужно. Этот край, где ты живёшь, ты не променяешь ни на какие богатства мира. Эти горы- твоё самое дорогое богатство. Старик рассказал царю, что его правнуки, и праправнуки служат в его армии. Царь поклялся, что никогда не даст их в обиду, им будут оказаны все почести. Прошло время. Ашоту не хотелось возвращаться в свою столицу, но он правитель государства, и должен быть у трона, чтобы защищать свой народ от врагов. Провожая царя со свитой, старик просил его, чтобы он отпустил Гайкануш к её родителям. Царь пообещал, что по возвращению сразу же отправит девушку домой. Но он не знал, какое случилось горе, пока он отсутствовал. В ту ночь, когда он уехал, старец налил воду в большой чан и стал смотреть на звёзды, а потом в воду и увидел: спасённая им красавица Гайкануш вместе с царицей в подземелье, закованные в цепи. Стон вырвался из груди старика. Ночью, когда наступило полнолуние, он просил звёзды, месяц, небо, чтобы те помогли бедной девушке и царице. На краю ущелья под камнями он хранил волшебный меч своих предков. Его родине, истерзанной врагом, нужен крепкий и мужественный воин, чтобы передать ему этот меч. Утром, позвав своего ученика Георга, старик вместе с ним отправился в ущелье. Он рассказал юноше о таинственном мече. -Когда наступит утро, я оболью тебя священной водой! Этот меч достоин тебя. Его выковали наши предки из древнего царства Урарту. Он спрятан много лет назад от посторонних глаз. Теперь настал его черёд уничтожить им нашего врага. Георгий вырос в горах, старец готовил его для воинской службы. Закалённый дикой природой, парень превратился в статного, крепкого воина, готового вступить в бой с врагом. Подойдя к ущелью, старик отодвинул камень. Юноша увидел красный бархат, в который был завёрнут меч. -Возьми, сынок, этот драгоценный меч! С ним ты победишь врага! Юноша от волнения не мог произнести ни единого слова. Великолепный меч блестел в его руках. Его лезвие было остро, несмотря на то, что он пролежал несколько лет в скале. -А вот здесь, на рукоятке, волшебный камень, который закрыт ключом. При встрече с врагом ты повернёшь этот ключ, и камень засверкает с такой силой, что враг упадёт на землю, закрывая глаза от блеска. Юноша весь дрожал от волнения и радости. -А почему ты, учитель, не отдал меч царю? Он достойнее меня, а я лишь простой воин. -У царя нет такой силы, чтобы держать в руках этот меч! Только люди, выросшие в горах, могут им владеть. Царь будет гордиться тобой со временем. Он вознесёт тебя в ранг полководца, помянешь мои слова! Тебя впереди ждёт слава, которую ты заслужишь своей храбростью. А теперь снаряжайся в дорогу в царство Ашота. Тебе нельзя терять время. Когда царь возвратился в свой замок, его ждала страшная весть. Слуги рассказали, что царица с Гайкануш, как всегда пошли гулять к пруду, где плавали лебеди. Назад они не вернулись. Все жители города кинулись искать их. Царь догадался, что это дело рук дэвов из пустыни из степей, но он ошибся. В этот раз беда пришла из других краёв. Дэвы пустыни похитили его царицу и Гайкануш. Собрав своё войско, Ашот объявил, что нужно готовиться к войне. По городу были развешаны объявления о наборе в армию крепких мужчин. Царь не находил себе покоя, сон покинул его. Ужасные мысли омрачали его разум. А что если его прекрасной жены нет уже в живых? От горя он заплакал. В это время вошёл слуга и сообщил, что приехал всадник с гор от старца. -Немедленно веди его ко мне! Этого человека я ждал! В покои царя вошёл крепкий, статный воин, одетый в старинные доспехи. За поясом у него висел необыкновенный меч, что сразу привлекло внимания царя. -Я от старца и пришёл к Вам на службу. Он просил сказать, что ваша жена и девушка с гор находятся у дэвов пустыни. Их повелитель приказал держать пленниц в подземелье, закованных в цепи за неповиновение,- печально произнёс воин. Услышав страшную весть, Ашот зарыдал. Воин стал его успокаивать. Придя в себя, царь спросил: « А можно, я посмотрю твой меч?» Но меч он удержать в руках не смог. -Вы не огорчайтесь, Ваше Величество, это меч наших предков-горцев. Воины эти были наделены необыкновенной силой, и только они могли владеть этим мечом. И Георг поведал историю об этом мече. -Я тебя назначаю главным полководцем, и мы с тобою поведём наше войско на врага. Среди моих воинов был предатель, и он помог врагу похитить царицу и Гайкануш. На следующий день царь объявил войску, что они идут в поход на дэвов пустыни и их поведёт новый полководец. Увидев крепкого юношу, воины приветствовали его. -А в это время враги ждали войско Ашота и укрепили свои крепости. Повелитель дэвов приказал своим слугам не давать еду пленницам, пока они не образумятся. Своей силе он был уверен. Армянское государство раздроблено на мелкие княжества, которые враждуют между союой. Повелитель дэвов пустыни собрался напасть на них. Он привезёт оттуда много золота и укрепит свою империю. Гайкануш с царицей вот уже несколько дней томились в тёмном подземелье, их нежные руки были закованы в цепи. Девушка боялась снова ослепнуть от страданий. Когда она засыпала, то видела во сне своё прекрасное селенье, ущелье, ручей, как она бегает босиком по росистой траве. Проснувшись, она снова видела гнетущий мрак темницы. Но она здесь была не одна, и это придавало ей силы и уверенности. Они с царицей много разговаривали, отвлекаясь от боли и страданий. Они верили, что их найдут и освободят. Вместе с войском Ашота ехал и художник Петрос. Он знал язык дэвов степей и пустынь. Художник очень любил Гайкануш и согласен был пойти на всё, чтобы освободить её. У него был тайный план: проникнуть к главному дэву в одежде его подданного, написать его портреты и портреты всех его эмиров, и этим самым отвлечь его от битвы с войском армянского царя. Вот уже несколько дней и ночей они пробирались к землям дэвов, останавливались только в лесах, чтобы передохнуть и покормить лошадей. Воины любовались мечом Георга, но никто из них не мог поднять его. Воины гордились за своего храброго и сильного военачальника. С ним у них не было страха перед врагом. Через несколько дней армянское войско подошло к землям дэвов пустыни. Посоветовавшись, решили, что художник проникнет во дворец к дэвам и будет рисовать портреты. Переодевшись в одежду его подданного, художник добрался до дворца. Около ворот стояла стража. Казалось, что это железные статуи, но стоило ему приблизиться к ним, как железные копья были направлены ему прямо в грудь. -Если звездоликий, месяцеподобный пожелает принять дервиша-художника, то сообщите мне, а я подожду. Так как в этих землях очень уважали дервишей, которые много странствовали, много видели и слышали, то считалось за честь их принимать у себя. Художник не успел одуматься, как очутился в замке главного дэва. Сам повелитель дэвов восседал на бархатных подушках, золотая чалма покрывала его голову. Его халат был сшит из дорогой ткани и украшен золотыми нитями, в руках он перебирал чётки. Весь его облик говорил о величии, непобедимости и жестокости. Стараясь скрыть своё волнение, художник заговорил: -Я могу Вам рассказать много интересного. За свой долгий путь я много повидал. Могу нарисовать Ваш портрет и портреты Ваших приближённых, мне только нужны краски и полотно. Хозяин пустыни слушал его внимательно оценивающе. -А может ты шпиона, а, дервиш? - недоверчиво молвил он.- Хочешь у меня выведать тайны с пользой для себя. Будь уверен, если мои подданные заметят что - либо подозрительное, то смерть твоя будет очень страшной - ты испытаешь все муки. Я вырву тебе язык, выколю глаза и пущу по миру, чтобы ты мучился. От таких слов кровь застыла в жилах Петроса. - Я всего лишь бедный художник и меня интересует искусство красоты написанных мною картин. Со временем Вы сами в этом убедитесь. -Что я буду делать, я сам решу! Я хочу, чтобы ты нарисовал мой портрет, мой оазис, где цветут прекрасные розы, а потом только я могу оценить твой талант. Пришёл слуга и принёс на подносе еду. Главный дэв всё старался выведать у художника, не слышал ли он об армянском царе Ашоте, что какая-то беда случилась в его семействе. Художник с безразличным видом поведал, что никогда не интересовался делами других государств. Ему по душе только порядки страны дэвов пустыни. На другой день хозяин пустыни позвал художника и велел нарисовать его портрет, и когда он увидел, как на полотне оживал его образ, то его радости не было предела. В этот день он оценил талант художника. -Я могу нарисовать Ваших жён. Их красота будет сверкать на портретах и все будут ими любоваться!- предложил Петрос. Тут главный дев сильно разгневался: «Да как ты смеешь такое говорить! Если бы не твой талант, я бы приказал вырвать тебе язык! Своимы жёнами должен любоваться только я и больше никто. Для такого дела я дам тебе двух женщин. Они очень красивы и не из дэвов, их ты можешь рисовать. В душе художника бушевала радость. Наконец-то он увидит Гайкануш! Надо сделать так, чтобы она не выдала его, когда увидит. Ведь тогда всё пропало, смерти им не миновать! Тут повелитель приказал служанкам накормить пленниц и одеть их в лучшие наряды. На вид они были очень бледны. Понадобилось несколько дней прогулок. Служанки купали их в отваре лепестков роз, натирали ароматными маслами. Их красота снова приобрела свой блеск. Когда служанки привели одетых пленниц, главный дэв словно онемел, красота поразила его, особенно красота Гайкануш. Он долго не мог вымолвить ни слова. Художник старался вести себя так, чтобы девушка его не узнала. -Сначала ты нарисуешь женщину. А потом много портретов этой красавицы,- проговорил он, не сводя глаз с Гайкануш.- Охранник будет постоянно находиться рядом с вами. Женщина знает язык дэвов, а девушка нет, но я тебе запрещаю с ними общаться. Вот уже несколько дней трудился юноша, создавая на полотне прекрасные образы. Девушка узнала своего избранника, но не подавала виду. Она очень обрадовалась. Теперь надежда на их спасение занимала все её мысли. Она снова расцвела, словно роза в благоухающем саду. Красота девушки околдовала дэва. Он уже позабыл о возможном нападении царя Ашота. К главному дэву стали съезжаться заморские гости, просили продать портреты красавицы, обещали много золота, но он не соглашался. В его голове закралась мысль сделать Гайкануш своей женой, а весь гарем продать. В это время войско царя Ашота перешло границу страны дэвов. Лазутчики донесли хозяину пустынь, что армянское войско собирается напасть на них, а во главе войска храбрый и необыкновенной силы полководец, что у него за поясом висит волшебный меч, огромный и сверкающий золотом. Услышав такие вести, дэв приказал своим воинам готовиться к обороне. Его воины славились особой жестокостью. Они не щадили ни детей, ни стариков, когда захватывали чужие земли. Их жадность была звериной. Утром была страшная битва. Многочисленное войско врага превышало войско армянского царя. Царь Ашот был ранен в руку. Теперь настало время, когда воины должны отомстить за своего правителя. Юноша - полководец выхватил из-за пояса свой меч, стал рубить врага, но воинов у него было слишком мало, тогда он повернул ключ на рукоятке меча. Сильные блестящие лучи ослепили войско врага. Враг был побеждён. Праздновали победу. Повелитель дэвов пустыни был пленён. Красавица Гайкануш была освобождена. Все картины, которые нарисовал талантливый художник, войско царя Ашота забрало с собой. Много красивых пленниц было освобождено. Георгий влюбился в одну из пленниц и взял её с собой. Она станет потом его невестой. Гайкануш с художником были счастливы, они снова вместе. Царь Ашот наконец-то увидел свою любимую жену. Всё войско Ашота вернулось на свою землю. Во дворце царя всё это время ждал старец из ущелья. Увидев его, все воины стали целовать ему руки. Ведь он хранитель волшебного меча их мужественных предков, которые побеждали врагов. Вскоре сыграли две свадьбы: Гайкануш с художником и славного полководца с девушкой, которую он вызволил из плена. Царь со своей женой отправились в ущелье, где он показал ей все прелести дикой природы. Гайкануш осталась при дворе со своим мужем, а на целое лето отправлялась к роднику. Бегала по росистой траве босиком, родители радовались вместе с ней. Их дочь скоро подарит им внука. Все жили долго и счастливо. Царь Ашот стал сильным и крепким. Он чувствовал, как сила природы влилась в него. Ведь он правитель своего народа, должен быть мужественным и обладать силой, чтобы держать своё войско в готовности в случае, когда нападёт враг. Царь очень любил своего мужественного полководца Георга и воздал его всеми почестями, наградами. Вскоре у царя родился сын. Он часто возил его в горы, закалял, чтобы из него вырос крепкий, здоровый наследник.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подходит читателям от 10 лет
Мой папа – ученый
I.Интересно быть мной
Меня зовут Нина.
Раньше я жила в белом домике на невысоком холме, и вокруг моего дома росло несчетное множество одуванчиков.
Моя мама очень молодая, она быстро-торопливо говорит и много улыбается. Ни у кого я не видела таких же длинных ресниц, как у нее, и руки у мамы тонюсенькие, почти как веточки.
Мой папа не так молод. У него кучерявая рыжая борода, он подолгу молчит и часто имеет такой вид, как будто вот-вот заплачет. У него круглые очки, без которых он и шагу ступить не может, - как мне известно, зрение у него неважное еще с детства. Мой папа – ученый.
А ведь еще недавно быть мной было так интересно! Неподалеку от нашего прежнего домика, в дубовой рощице, папа устроил маленький парк своих изобретений. В дупле одного из деревьев он разместил надуватель мыльных пузырей. Сам механизм спрятан внутри дерева и стороннему наблюдателю не виден, но работает на удивление просто: стоит лишь положить в дупло свеженький кусок мыла, потом постучать по стволу дерева как следует – и вот, пожалуйста, из дупла летят чудесные разноцветные пузырьки! Здесь же стоит под небьющимся прозрачным колпаком фонарик, именуемый светляком; он светит и днем, и ночью, и свет у него особый: на него слетаются нарядные бабочки и кружатся в такт неуловимой мелодии. Но больше всего я радовалась подъемнику-на-деревья: на первый взгляд это всего лишь качели, но, если знать, как с ними обращаться, можно подтянуться на веревках на небывалую высоту и увидеть сверху мыльные пузыри, танцующих бабочек, бегущую вниз с холма тропку и весь наш маленький городок.
…Это было раньше. Но ведь и сейчас у меня есть папа, который может придумать то, чего не может придумать больше ни один человек на свете!
II.Следитель
Однажды по нашему городку поползли слухи о Следителе. Не о Следователе, не о Следопыте, а именно о Следителе. Никто не знал, как он выглядит. Никто не знал, друг он или враг. Но откуда-то все знали, что он мог читать мысли.
Люди в городке, хоть и были напуганы, негодовали. «Мы не хотим, чтобы кто-то лез в наши головы!» - кричали они. «Мы хотим оставаться свободными!» - говорили они.
Сначала мои мама и папа в Следителя не верили. Мама только смеялась, когда кто-нибудь упоминал о нем, а папа поправлял очки на переносице. Но в один прекрасный день мама собралась на рынок и пошла доставать из сарая велосипед. Я принялась было клеить обои в картонном домике нашей кошки, когда раздался телефонный звонок. «Это Нина,» - голос в трубке не спрашивал, а утверждал. – «Маму, пожалуйста.» Голос был жуткий, глухой и далекий. Я испугалась, что что-то случилось, выбежала на крыльцо и позвала маму. Мама вывезла велосипед из сарая, прислонила его к крыльцу и направилась в дом. «Да?» - сказала она, подойдя к телефону. Ей что-то ответили, она стала на вид очень странная, заморгала быстро-быстро и положила трубку.
- Нина, кто-то знает, что я собралась на рынок, он к тому же знает, что мне нужна капуста. Он сообщил мне, чтобы я не ехала зря – капусты там сегодня нет… - Она казалась такой растерянной, такой беспомощной в тот момент!
- Позвоню Лидии, она собиралась на рынок с утра, - решила мама, подумав с минуту. – Спрошу, была там капуста или нет.
Лидия подтвердила, что капусты на рынке в тот день не было.
Так нам пришлось поверить в Следителя.
III.Папа идет на работу
Следующим вечером, когда я выходила из ванной, почистив зубы, я увидела, что папа в прихожей зашнуровывает ботинки.
Мама уже спала.
Я подошла к папе и вопросительно на него посмотрела.
- Я иду работать, Нина, - ответил моему взгляду папа.
- Так поздно?
- Да. Я – единственный ученый в нашем городке, и мне дано задание придумать что-нибудь, что спасло бы нас от Следителя. Это очень важно и срочно.
- Но ведь ты обычно уходишь на работу рано утром…
Папа присел на корточки, положил руки мне на плечи и сказал:
- Нина. Слушай. Мое задание заключается в том, чтобы я придумал Антисчитыватель мыслей, сокращенно – АСчиМ. Следитель, безусловно, об этом уже знает. Но это не так важно, куда важнее, чтобы он не проследил процесс придумывания АСчиМ, а если бы и проследил, то только по частям. Чтобы не знал толком, как АСчиМ работает. Есть предположение, что мысль четче читается на свету, на открытом пространстве и при ветре умеренной силы. Именно поэтому меня спрячут в укромное, тихое, безветренное место, и придумывать я начну уже сегодня ночью. Для пущей безопасности меня будет охранять полиция, а в одном людском отряде столько мыслей всяких намешано, что моя мыслишка будет меж ними едва читаема. Ну, мне пора. Маму не буди.
Он чмокнул меня в щеку. Борода почти не кололась, больше щекоталась. Папа встал, аккуратно открыл входную дверь и вышел куда-то в очень темную, очень тихую и совсем беззвездную ночь.
Ранним, ранним утром, еще до рассвета, папа вернулся. Я не могла заснуть и всю ночь просидела прямо в пижаме в кожаном кресле неподалеку от входной двери. Я так обрадовалась папе! Я вскочила и подбежала к нему, а он посмотрел на меня глазами, которые, казалось, вот-вот заплачут, и тихо сказал:
- Придумал.
IV.АСчиМ
Папа сказал, что его изобретение плохое. Утром его вызвали на телевидение, и в прямом эфире он заявил всему городку:
- Я изобрем АСчиМ. Конечно, Следитель знает об этом, но, возможно, он не знает, как мой АСчиМ устроен. Пока Следитель еще не успел вникнуть в подробности, мы можем приступить к использованию моего изобретения. Но предупреждаю: одна из особенностей АСчиМ такова, что, стоит только его включить, мысли жителей городка будут течь совсем близко друг от друга – считай, в одном русле, и русло это пока заблокировано от доступа Следителя. На первый взгляд это хорошо, но в скором времени в городке не останется тех, кто раньше мыслил не как большинство, а это означает, что исчезнут и все талантливые люди! Проще говоря, не будет людей, которые могли бы поведать всем то, о чем одновременно не думали бы другие. Если жители городка согласятся на это, той мой аппарат будет включен и начнет работать уже сегодня вечером.
Днем власти городка устроили голосование. Люди кидали в урны бумажки с бланками: «За АСчиМ» и «Против АСчиМ». Ближе к вечеру подвели итоги голосования, и выяснилось, что 99% жителей бросили в урну бумажку «За АСчиМ».
- Что ж, вы сами выбрали свое будущее, - сказал папа в эфире вечерних теленовостей. – Я включаю мой аппарат.
V.Эпилог
Наступила новая тихая, темная, беззвездная ночь. Я, мама, папа и наша кошка тихо вышли из домика, тихо повесили на входную дверь большущий замок, тихо прокрались в гараж и выехали из него на нашем оранжевом горбатом автомобильчике, не зажигая фар. Мы ехали бы в кромешной тьме, если бы не светляк, который мы взяли с собой, - он не дал нам врезаться в дерево, и к тому же за машиной шлейфом тянулись красивые бабочки. Мы ехали очень долго, доехали до самого моря, и там нашего автомобильчика проглотил гигансткий паром, в пузе у которого мы куда-то плыли тоже очень и очень долго. Паром доставил нас в огромный город, где мы и живем по сей день. В этом городе нет Следителя, и жителям не нужен АСчиМ. И папа говорит, что это очень хорошо.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Воскресенье, 26 августа 2018 23:58
Подборка для раздела "Разрешите представить..."
Автор Дарья МосквинаПодходит читателям от 7 лет
Когда просыпаются ежики
Что-то небывалое творилось в лесу нынешним мартом! Солнце, выползавшее поутру из-за пригорка, казалось невероятно большим. Как только оно касалось несколькими лучиками самого высокого сугроба, всё вокруг становилось оранжево-розовым. Кроме елей. Они оставались зелеными… правда, не такими мрачно-болотными, как в пасмурные дни, а весёло-зелеными. День, приходивший на смену утру, был прозрачным и звонким, и каждая капелька, упавшая с ветвей, легонько дзинькала. Вечер подкрадывался неторопливо, и в сумерках меж деревьев разливался аромат, от которого холодело в животе. А ближе к ночи, когда небо было уже темным и притом ярко-синим, над лесом загорались звезды, и было их видимо-невидимо!..
И вот на исходе мартовской ночи в своей норке заворочался ежик Василек. То клубочком свернется, то лапки раскинет, то на бок перевалится. То опять клубочком. И так – пока шерстинка в нос не попала. Тогда Василек громко чихнул и проснулся окончательно.
Ничего-то Василек не поймет, что он да где он, только лапками глаза заспанные трет. Высунул из норки взлохмаченную мордочку – а вокруг светло, но серенько, мокровато и холодно. И ветер такой, что - ввух! – с непривычки мало не покажется. Подумал Василек немножко, вспомнил, что он – ежик, а еще понял, что вылезать из норки ему совсем не хочется. Тогда он плюхнулся на живот и еще немножко подумал. И тут его осенило: он же ВИДЕЛ СОН, пока была зима! Необыкновенный сон, который – Василек не сомневался - никогда и никому до него не снился. С поспешностью хозяюшки, у которой пирог в духовке пригорел, ежик разгреб кучу прошлогодних листьев, на коей пару часов назад так сладко посапывал, и отрыл свое сокровище – зеленую дудочку, бесценный подарок от дедушки. «Ну, мой час настал!» - решил Василек и, прижав к себе дудочку, выкатился из норки.
На полянке, почти свободной от снега, Василек вскарабкался на пень, облюбованный им еще в прошлом году, устроился поудобнее и стал потихоньку дудеть. Трели получались короткие и печальные - на первых же нотах их обрывал ветер. Но Василек не сдавался. Все громче и громче звучали обрывки мелодии, все веселее и веселее играла маленькая дудочка, как вдруг – как раз тогда, когда полянка стала нежно-оранжевой – Василек внезапно пошатнулся, так что чуть с пенька не свалился. Перед ним стояла Уляша, его ровесница, с которой он познакомился в конце прошлой осени.
- С добрым утром, Василечек! – сказала Уляша. Восходящее солнце освещало ее со спины, и иголки на ее голове были похожи на корону.
- С добрым утром, Уляша, - не сразу ответил ей Василек. Что-то очень сильно изменилось в Уляше за зиму, и он никак не мог понять, в чем же дело.
- А я зимой научилася вязать! – похвасталась Уляша. – Посмотри, какой у меня бантик.
И правда, на одной из ее многочисленных иголок был наколот бордовый вязаный бант. «Может, в бантике дело?» - подумал Василек.
- А ты разве не спала зимой? – спросил он.
- Да какое там! Я маме помогала младшеньких воспитывать. Ох и намучились мы с ними! Это не дети, это мамонты какие-то!..
- Почему это мамонты?
- Ты прав. Они хуже.
- Да ладно тебе!
- И ничего не ладно! Тебе легко говорить! Ты-то, небось, как залег в ноябре, так и продрых до сегодняшнего утра!..
- Агаа! – довольно протянул Василек, видно, ни капельки не сочувствуя Уляше. И тут он опять вспомнил про СОН. – Уляша, Уляш, угадай, что мне приснилось!..
- Понятия не имею, - Уляша насупилась.
- Ну, так я тебе сейчас… сейчас… сыграю сейчас. Сон свой.
- Что?!
- Сон сыграю. На дудочке. Понимаешь, мне же ПЕСЕНКА приснилась!..
Уляша ничего на это не ответила, только иголками удивленно повела. На ветру сразу же затрепетал изящный бантик.
А Василек взял в лапки дудочку и чуть прикрыл глаза. Стало тихо-претихо. Не треснула ни единая веточка, не дзинькнула ни единая капелька. И даже ветер смутился и смолк. И Уляша услышала песенку, которая приснилась Васильку.
Песенка не была ни веселой, ни грустной. Она была нежной и похожей на первые былинки, которые еще даже не проклюнулись, а только меленькими точками пестрили в самом солнечном уголку полянки. Песенка куда-то звала и о чем-то напоминала, но Уляша, как ни силилась, не могла понять, о чем же. Из-за этого ей захотелось плакать.
Василек отложил в сторону дудочку и вопросительно уставился на Уляшу: мол, как – ничего? Та улыбнулась ему ласковой и немного ехидной ежиной улыбкой и устроилась рядышком на пеньке.
- Погреюсь-ка я тут на солнышке, - сказала Уляша. – А потом, может быть, расскажу, что приснилось зимой мне.
- Так тебе все-таки удалось поспать? – удивленно спросил Василек.
- Ну, совсем-то не спать невозможно же! – фыркнула Уляша и зажмурилась.
Оба ежика, не сговариваясь, надолго замолчали. Солнышко, поднимавшееся все выше и выше, щекотало им усы. Но даже оно не могло прервать ход ежиных мыслей. В первый день после зимней спячки ежи очень любят помолчать и поразмышлять. Особенно же приятно помолчать и поразмышлять на пару с другом.
Наконец Уляша повернула мордочку к Васильку и шушукнула:
- Представляешь, мне снились васильки! Знаешь, те, которые растут далеко за лесом, на лугу.
И ежик по имени Василек чуть было не подпрыгнул от радости на всех своих четырех коротеньких лапках.
Подходит читателям от 13 лет
Далекий снег
Отрывок из повести «До встречи!»
Краткое содержание повести. Мальчик Ваня, живущий в 2035-м году, под Новый год находит в маминой детской книге нераспечатанное письмо. На нем он решает опробовать новейшее изобретение – сканер воспоминаний, благодаря которому на стене своей комнаты видит декабрьский сюжет из Петербурга 2010 года. Под впечатлением Иван решает показать сюжет отцу, который живет отдельно, так как находится с Ваниной мамой в разводе. Ни тот, ни другой еще не знают, что с девочкой, написавшей письмо, Ванин отец когда-то дружил. И, конечно же, ни тот, ни другой даже не догадываются, как круто это письмо изменит их жизнь. В финале повести отец Ивана воссоединяется со своей настоящей любовью, а Ванина мама, замкнутая и неразговорчивая в последние годы, обретает счастье в общении с сыном.
I
2035 год, Москва
Ветер. Как много ветра за моим окном.
Мне 10 лет, я живу на 32-м этаже в одном из бесчисленных кварталов Новой Москвы. Сегодня Новый год, мама даже не зашла в мою комнату, потому что не успела доделать годовой отчет за 2034-й и в спешке колдует над ним у себя за ай-тором. Ай-тор у нее слабенький, пространство видимости всего лишь на полкомнаты, и работается ей непросто. Я все понимаю и не отвлекаю ее. Я даже предложил ей поработать у меня – мой агрегат куда мощнее – но мама тактично отказалась.
Боже, какой сильный ветер. Его слышно даже сквозь гиперпластиковые окна, он не дает спать. Он как будто живой, тяжело болен и стонет. Но мне его не жаль. Я боюсь его. Он такой сильный, что наш типовой небоскреб слегка покачивается, и это чувствуется даже на средних этажах. Я боюсь, что, если я открою окно, ветер схватит меня в охапку и заберет с собой. Навсегда.
Я не знаю, на что мне отвлечься, чтобы убить время. Тор-ель я нарядил еще неделю назад, она у меня в режиме неотключки до конца школьных каникул, спроецирована на входную дверь, а дверь у меня – вертушка. Поэтому елочка может крутиться-вертеться. Живые ели сейчас доступны, наверное, только президенту. Лично я за свою жизнь в реальности не видел ни одной.
Кликнуть Олега? Он уехал. Он далеко. У него с собой максимум мини-тор, что он сможет разглядеть через него… Да и не нужен ему никто сейчас, у него родители контактные, консервативные, предпочитают общение в реале. Нам с мамой до них далеко.
<…>
В конце декабря на моем ай-торе поставили апгрейд – сканер воспоминаний. Работает элементарно: подносишь к нему любой предмет – и ай-тор, обработав информацию, показывает тебе его историю. А все благодаря недавней сенсации. Года три назад в интернете замелькали статьи о том, что каждая вещь помнит все места, где побывала, и все запахи и звуки, которые ее окружали, и все руки, которые к ней прикасались. <…>
Исторический видеоряд по каждому предмету может быть сколь угодно длинен, все зависит от даты выпуска. Поэтому особо терпеливые могут просмотреть все злоключения какого-нибудь кресла-мешка из «Икеа» образца десятых годов, только уйдет на это лет 25, не меньше. Но, конечно, можно какие-то моменты перемотать и просмотреть только то, что тебе интересно.
Ветер… Почему сканер не реагирует на ветер? Ветер же такой звучный, и сильный, и холодный. А сканер такой восприимчивый! С другой стороны, что рассказать об истории ветра? Кто и когда касался его рукой, кто прятал его в коробку и кто повязывал ленточку ему на хвост?
Я повернулся к окну и бросил взгляд на пластиковый подоконник. Он оказался до неприличия пыльным. Около недели назад я оставил на нем старую книгу – еще мамину, «Необыкновенные приключения Карика и Вали». Но в последние дни читать не тянуло, и я коротал время в компании ай-тора и гигантских видеосюжетов, которые тот мастерски проецирует на пустые стены моей комнаты. Под впечатлением от книжки про Карика и Валю я разыскивал в интернете ролики с насекомыми в режиме макросъемки и дико веселился, когда трехметровый богомол вставал передо мной на дыбы и грозил мне передними зубчатыми лапками.
Сегодня я решил, что устал от богомолов, тараканов и даже сороконожек и не стал копаться в закромах интернета. Почитать? Так ведь опять про насекомых, только их еще воображать дополнительно надо. А что если… Ну да, опробовать новенький сканер на маминой книге интересно, но не слишком ли сложный предмет для первой пробы? В инструкции написано: «Впервые использовать на предметах малых размеров и веса, по возможности – с небольшим количеством контактов с людьми в прошлом». Книга-то немаленькая, да и побывала в руках, думается, у половины маминых одноклассников. Не подходит.
Вот возьму и полистаю книгу задом наперед. Просто так. Потому что скучно. Вдруг чего придумаю.
Стоп! А это что?
Между двумя последними страничками затаился нераспечатанный почтовый конверт. Вид у него, честно говоря, странный – складывается впечатление, что забыли его здесь лет 20 назад, а то и больше. Бумага совсем пожелтела, и марки почти отклеились. В левом верхнем углу детским почерком выведен адрес:
Город Санкт-Петербург,
N-я линия, д.12, кв.26
От Любы Марковой
А в правом нижнем углу после слова «Кому» значится город Москва, далее – старый мамин адрес и мамины имя и фамилия.
Я недолго разглядывал этот конверт. Я сразу понял, что надо делать. Я подключил сканер к источнику питания, устроился поудобнее и…
II
Дымчатый влажный вечер. Небо не темное, серо-розовое, и падает крупный снег. Вокруг снуют прохожие, слышны обрывки разговоров. Голоса веселые, предпраздничные. Дома строгие, стройные, всё больше желтые и серые, стоят плотно, а окна высокие и узкие. Почти в каждом – мягкий свет, и почти за каждым есть движение, скользят расплывчатые силуэты. Снег везде: на тротуаре, на карнизах и крышах домов, на воротниках прохожих, а на проезжей части – темная густая жижа. Люди вокруг морщатся, жалуются на то, что город плохо чистят от снега и что жалко сапоги.
А девочке жалко, что конверт слишком большой, и его не спрятать между ладошками, и даже рукавички не закрывают его полностью. А снег все сильней и сильней.
Девочка отдала конверт маме, идущей рядом – у мамы руки больше, они защитят его от снега лучше. Мама взяла конверт и так же, как девочка, спрятала между ладонями. Кожаные перчатки были чуть-чуть влажными, но от снега защищали и вправду неплохо. Девочка шла рядом, но видно ее было нечетко. Яркая шапка с большим помпоном, темная челка, выглядывающая из-под шапки, снежинки на бровях и ресницах…
- Мама, я не вижу ни одного почтового ящика!
- Смотри внимательнее.
- А вдруг их здесь вообще нет?
- Ну как это нет? Они везде есть.
- Конверт насквозь промокнет.
- Не бойся, не промокнет!
- Открытка испортится…
- Всё будет хорошо!
Помпон озадаченно качнулся вверх-вниз. Челка совсем промокла от снега и почти касалась ресниц. Симпатичная челка.
Девочка и мама куда-то свернули. Вдоль тротуара выстроились изящные старинные фонари. Левее проскользнула скромная решетка набережной. Справа оставались те же строгие дома, их трубы касались бархатного неба. Вдалеке за ними высились другие дома, некоторые стояли боком, и их широкие черные стены без окон, ни с чем не соприкасавшиеся, казались слепыми. Прохожих на тротуаре больше не встречалось. Навстречу шел снег.
- Мама, мы скоро уже до кораблей дойдем, а ящика все нет. Письмо совсем промокнет!
- Не переживай, я его хорошо спрятала.
Слева тянулась река подо льдом. Во льду спали темные большие корабли. Лед был аккуратно и ровно припорошен снегом, будто нарочно, чтобы кораблям лучше спалось на мягком. За кораблями лед, снег и небо сливались в единое целое, светло-серое, уютное, как пуховый платок.
-Любаша! Вон ящик, беги скорее!
- Где? Где ящик?
- Да вот же он!
Девочка схватила конверт, который почти не намок благодаря маминым стараниям, и помчалась к дому, стоявшему на углу тихой улицы, уходящей направо. Дом был старый, блекло-желтый, краска пооблупилась, но в его окнах свет горел ярко и тепло. Захотелось в гости к людям, которые живут в нем. На стене этого дома висел небольшой металлический ящик голубого цвета, на котором белым было написано: «Почта». Пуховая рукавичка поднесла конверт к узкой щели ящика, легонечко подтолкнула – и через секунду письмо гулко ударилось о дно. Кажется, ящик был пустой, больше в нем писем не было.
III
Я перемотал путешествие конверта по коридорам «Почты России» и его переезд из города в город. Но я видел, как почтальон положил его в почтовый ящик моей бабушки. Я видел, как через некоторое время конверт взяла бабушкина рука, принесла в бабушкину же квартиру и положила на кухонный подоконник. А потом я увидел девочку лет десяти с очень необычно и сложно заплетенными волосами, которая плакала над тарелкой супа. Рядом сидели и обедали ее родители… Это были мои бабушка и дедушка, только гораздо моложе. Девочка почему-то была вся в зелененьких пятнышках – на щеках, руках и ногах.
- Успокойся и ешь, - сказала бабушка девочке.
- Не буду! Отпустите меня на Новый год к Свете, тогда поем!
- Ты болеешь и Свету заразишь. Придется дома праздновать, что поделать.
- Нет, я не болею! Я хорошо себя чувствую!
- А то, что ты вся в зеленке, тебя не смущает? Еще вчера ведь температура была и чесалась ты жутко. Какие уж тут походы в гости!
- Зеленку надо смыть!
- Нет уж, голубушка. Светина мама ветряночных к себе домой не пустит, так что не плачь и ешь суп. У меня, кстати, сюрприз для тебя есть.
- Не надо мне никаких сюрпризов!
- Письмо от Любы из Питера.
- Да ну эту Любу из Питера и вообще всех вас!
- Марина!.. – бабушка пристукнула легонько ложкой по столу.
Девочка разрыдалась еще пуще.
А дедушка, все это время многозначительно молчавший, неодобрительно покачал головой.
После обеда бабушка взяла с подоконника конверт и пошла с ним в комнату моей мамы. Там продолжала рыдать девочка в зеленое пятнышко. Бабушка пощекотала уголком конверта у девочки за ушком. Девочку от этого передернуло, она вскочила и крикнула:
-Оставьте меня в покое!..
Бабушка остолбенела на мгновение. Она ничего не ответила, подошла к маминому школьному письменному столику и взяла в руки книгу, которая на нем лежала, - «Необыкновенные приключения Карика и Вали». В эту книгу бабушка бережно вложила конверт, так и не удостоившийся девочкиного внимания.
А потом на моих стенах заплясала сплошная межстраничная темнота.
IV
- И ты не знала, что конверт все эти годы пролежал в книжке? – спросил я у мамы.
Мама была не очень довольна, что я пришел к ней в комнату, даже не предупредив заранее по ай-тору, и приставал теперь с каким-то старым письмом.
- Нет, не знала, - ответила она, не отрывая глаз от проекции на стенку пугающе огромной таблицы.
- Но как же так? – не унимался я.
Мама тяжело вздохнула и повернулась наконец ко мне.
-Иван, ты мне допрос решил устроить? Ну так слушай. Книжку я не дочитала и вскоре после того случая убрала в книжный шкаф на дальнюю полку. Так она там и простояла до последнего времени, пока бабушка не решила вдруг подарить ее тебе. Все понятно? Не мешай, я не закончила работу.
- Мама! Подожди! Мы же еще не распечатали конверт!
- Ну и что? Потом как-нибудь распечатаем.
- Нет, мам, сейчас! Сегодня Новый год, и именно сегодня я нашел это письмо от девочки из прошлого. Его обязательно надо прочитать!
Мама чуть поморщилась.
- Ну ладно, только быстро.
Она ловко провела длинными ногтями по краю конверта, осторожно надорвала его и достала глянцевую открытку. На открытке маршировал пухленький улыбчивый снеговик в ярко-красных варежках, сапожках с меховой оторочкой, полосатом шарфе и вязаной шапочке. На шапочке у него красовалось число «2011». К правому боку снеговика прильнул тигренок с задорным чубчиком, к левому – розовоносый заяц. Вокруг этой компании плясали крупные снежинки.
- Ого! – воскликнул я. – 2011 год!
- Ну да, а что тебя так удивляет? Это не древность и не антиквариат.
Мама перевернула открытку обратной стороной, и я прочитал поздравление, написанное тем же почерком, что и адрес на конверте:
Дорогая Марина!
Привет!
Пишет тебе Люба. Поздравляю тебя с наступающим 2011 годом и Рождеством! Желаю, чтобы исполнились все твои мечты. У нас в городе этой зимой выпало очень много снега, и мы с мамой вылепили уже много снеговиков. Не знаю, много ли снега у вас в Москве, но я приглашаю тебя в гости на зимние каникулы. Приезжай, я и мама встретим тебя на Московском вокзале. А потом мы пойдем в любое место, самое красивое и самое интересное, какое ты только захочешь, и вылепим огромного снеговика!
Я очень жду тебя!
Твоя Люба.
- Так ты не знала, что Люба тебя пригласила в Петербург… - сказал я.
- Да если бы и знала, все равно не поехала бы. У меня же ветрянка была, сам видел.
- Но каникулы же такие длинные! Выздоровела бы и поехала!!!
Мама недовольно посмотрела на меня.
- Ваня. Я не очень-то дружила с этой Любой Марковой, мы случайно познакомились с ней, когда я была с родителями на экскурсии в Петербурге. Она вообразила, что мы лучшие подруги, и стала посылать мне обыкновенные бумажные письма, хотя уже и интернет был у всех, и скайп, и СМС-ками все по сто раз в сутки друг с другом перекидывались. Я никогда не писала ей ответных писем на бумаге, редко отсылала что-нибудь по электронной почте. Она не один раз меня приглашала, но ехать к ней мне совсем не хотелось. Позже мы потерялись, у нее, думаю, уже другая фамилия, да я и не стала бы искать ее в соцсетях. Она меня тоже не разыскивала. Или не нашла.
Тут меня захлестнул шквал эмоций, едва не обернувшийся ураганом. Мне хотелось вскочить и воскликнуть нечто вроде: «Мама!!! Я никогда раньше не держал в руках настоящего письма, написанного человеческой рукой! Я никогда в жизни не видел настоящего снега! Я не знаю, как это – лицо и волосы, мокрые от снега, и не знаю, как это – капельки от растаявшего снега на бровях и ресницах! Я не слепил за свою жизнь ни одного снеговика, я только в интернете их видел, и я не знаю, какие они на ощупь!
Мама!!! Если бы мне прислала письмо девочка из города со старыми домами, фонарями и большими кораблями и пригласила в свой город слепить снеговика, я бы стал самым счастливым мальчиком на Земле!
Мама… Люба так долго искала почтовый ящик, она так старалась, чтобы письмо не промокло от снега и чтобы открытка не испортилась… А ты… А ты!..»
Но я только уткнулся лбом в мамино плечо и заплакал. Мама обняла меня и поцеловала в макушку. Так мы встретили первое утро 2035 года, бесснежное, темное и ветреное.
Подходит читателям от 13 лет
ВОЛКОПЁC
Что за напасть! В этом городе невозможно встретить прообраз главного героя человеческого романа!
Все в редакциях меня корят: мол, сколько можно – пишешь о саванне да о джунглях. Ну, и о тайге - изредка. Сплошные львы, зебры и кабаны. А до людей когда доберешься? Пора, брат – опыт солидный, а серьезного в твоих произведениях меньше, чем комаров в феврале.
Ну, а что я? А я ничего, стараюсь. Каждый день на прогулке выдумываю. Высматриваю. Вылавливаю. Да вот только безуспешно: не выдумывается. Не высматривается. И не вылавливается.
То есть, кое-что вылавливается, но не то, что мне хотелось бы.
И не могу я с этим справиться! Посудите сами: не далее как вчера в троллейбусе я встретил слониху. Да-да, настоящую слониху! Нет, так-то оно понятно, что хобота и ушей-лопухов у нее нет, это только женщина среднего возраста, но… Но, во-первых, она росту до троллейбусного потолка и обхвата неимоверного. Во-вторых, ноги у нее как столбы. В-третьих, передвигается она на своих столбах гулко и страшно топая, так что пассажиры в троллейбусе косятся: не провалился ли под ней кусочек пола. Ну и в-четвертых, прогулялась-таки эта милая женщина по моему лаковому ботинку (по доброте душевной, не иначе), оставив на темном носке пыльный тяжелый след. Смотрел-смотрел я на этот след, выйдя из троллейбуса, смотрел-смотрел… А перед глазами – жара, пески, клочки безжизненных трав и колючие кустарники. И стадо слонов на горизонте под предводительством самой уверенной слонихи.
Тут же, не успел я забежать далеко вперед, на остановке обнаружился Михайло Потапыч. Ну, медведь, конечно же. Медведь был немолод, сутул, имел большой живот и огромные ступни. Лицо у медведя выражало недовольство: рядом стоял его внук, которого медведь пытался учить уму-разуму. По всей видимости, не очень успешно.
-А я говорю, что нехорошо так поступать!
-Дедушка, отстань, - сердился внучек.
- Нет, ты послушай: ведь нельзя же так! Нехорошо же! Не положено! Все в школу в сменке ходят, никто не забывает, а если забывает, то так и говорит учительнице! Но никак не врет, что это ему дед забыл положить в портфель! – гундосил дед-медведь, сутулясь еще больше и поводя возмущенно в воздухе огромной рукой-лапой.
Я вздохнул тоскливо и дальше пошел. Иду-бреду себе, а в сквере возле дома моего – кто, как вы думаете? Тигр собственной персоной. На турниках упражняется. Рраз! – вертанулся на руках. Два! – повис на одной руке и мгновенно исполнил по-кошачьи плавный переворот. Три! – изящный взмах ногами крест-накрест, как будто большая дикая кошка повалилась на спину и повела, потягиваясь, подушечками задних лап. И костюм оранжевый такой, с черной окантовкой. А лицо широкое, скуластое, глаза раскосые, непроницаемые. Тьфу ты, зверюга! Что ты будешь делать!..
И даже в подъезде собственного дома я столкнулся - не с бабулей с пятого этажа, не с хлопотливой мамочкой близнецов со второго и не с загорелым парнем из Учкудука с первого, а столкнулся я с лисой. С маленькой такой, худенькой. В соболях. В шляпке. С рыжевато-каштановыми буклями, вылетающими из-под шляпных полей. С черной мушкой на щеке, точь-в-точь как у той самой лисы, которая известна как Алиса. На высоких каблуках, разумеется. Она посмотрела на меня хитро так, изобразила улыбку углом рта и промурчала утробно:
-Извините, не подскажете, который час?
Я, конечно, подсказал – не жалко. Но еле удержался, чтобы не крикнуть вслед «Передавайте привет Базилио!»
Хотя…
Если быть совсем – до конца – честным, то одно человеческое лицо я то и дело встречаю во время своих долгих, одиноких и бесплодных прогулок.
В первый раз я увидел семейство, к которому это лицо имеет прямое отношение, около месяца назад.
Нынешняя зима разгулялась под конец: февраль не поскупился на снег. Бедные дворники выли от ужаса и взывали о помощи, но, так ее и не получив, гневно сгребали несгребаемое куда попало – под окна, под столбы, на постаменты и в те места, где летом обычно разбивают клумбы. Снежные холмы росли день ото дня и превращались в искристо-белые горы. На вершинах этих гор до позднего вечера толпилась ребятня с картонками и ватрушками, а у подножий ребятня постарше пыталась прорубить в плотной снежной массе тоннели. Родители сновали вокруг, опасаясь лавин и обвалов, активно изображая сотрудников МЧС наготове.
Но у детей из той самой семьи родители не изображали спасателей. Мама тех детей – а их четверо, ни много ни мало, - каталась по парку на лыжах, не особо вникая в происходящее. Папа появился за все время один-единственный раз, когда семейка загулялась и в десятичасовой фонарной полутьме еще возилась у самого высокого холма (который, конечно же, дети назвали Эверестом). В тот вечер именно папа пересчитал всех детей, выловил из глубины парка запыхавшуюся и ошалелую от скольжения маму и строем увел семейство домой.
Но обычно пересчитывал детей и вылавливал маму вовсе не папа!
А то самое лицо, которое я осмелюсь назвать человеческим.
За детьми на холмах в любой день и любой вечер, когда они попадались мне на глаза, следил серый косматый остроухий пес размером с небольшого теленка.
Я бы даже сказал, волкопес.
Волкопес каждый раз неотступно следовал за двумя девочками (лет трех-четырех) на вершину любой горы, даже Эвереста, охотно держа в зубах две веревочки от ватрушек и отпуская их только тогда, когда девчонки, плюхнувшись животами на ватрушки, вопили: «Эгей, Вольф! Поехалииии!» - и подталкивал их бережно носом.
Точно так же каждый раз он помогал копать девочке лет восьми тоннель в любом из выбранных ею подножий – если только он не провожал на горку младших. Копал он яростно, зло, отфыркиваясь и рыча, врезаясь когтями и лобастой мордой в белую холодную твердь, а старшая в это время выгребала снег руками и заходилась от смеха, глядя на своего помощника.
И каждый раз волкопес исправно подвозил к парку саночки с самым младшеньким – мальчишечкой, которому и года еще, кажется, нет. Мама перед тем, как убежать на штурм занесенной за ночь лыжни, выпрягала Вольфа из саней, оставляла мальчишечку в санках у одного из холмов – и исчезала за чередой переплетенных мерзлых ветвей. А мальчишечка мирно засыпал до самого конца прогулки.
Теперь близится весна, сугробы подтаивают, сказочные холмы тощают и съеживаются. Я все жду: что будет, когда они исчезнут совсем, и когда мама перестанет уноситься в бархатные зимние сумерки на лыжах, и когда малыша станет невозможно довезти до парка в саночках? Что придумает волкопес, когда по аллеям парка разольются в мартовской неге глубокие лужи?
Что бы серый Вольф ни придумал, я знаю: все будет разумно и кстати.
Пожалуй, в моей голове полегоньку назревают наметки нового романа. Не ручаюсь за лица второстепенные, но главный герой на сей раз определенно будет человеком. По имени Сергей Вольф. По-моему, неплохо звучит!
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подробнее ...
Подходит читателям от 13 лет
ВОЛКОПЁC
Что за напасть! В этом городе невозможно встретить прообраз главного героя человеческого романа!
Все в редакциях меня корят: мол, сколько можно – пишешь о саванне да о джунглях. Ну, и о тайге - изредка. Сплошные львы, зебры и кабаны. А до людей когда доберешься? Пора, брат – опыт солидный, а серьезного в твоих произведениях меньше, чем комаров в феврале.
Ну, а что я? А я ничего, стараюсь. Каждый день на прогулке выдумываю. Высматриваю. Вылавливаю. Да вот только безуспешно: не выдумывается. Не высматривается. И не вылавливается.
То есть, кое-что вылавливается, но не то, что мне хотелось бы.
И не могу я с этим справиться! Посудите сами: не далее как вчера в троллейбусе я встретил слониху. Да-да, настоящую слониху! Нет, так-то оно понятно, что хобота и ушей-лопухов у нее нет, это только женщина среднего возраста, но… Но, во-первых, она росту до троллейбусного потолка и обхвата неимоверного. Во-вторых, ноги у нее как столбы. В-третьих, передвигается она на своих столбах гулко и страшно топая, так что пассажиры в троллейбусе косятся: не провалился ли под ней кусочек пола. Ну и в-четвертых, прогулялась-таки эта милая женщина по моему лаковому ботинку (по доброте душевной, не иначе), оставив на темном носке пыльный тяжелый след. Смотрел-смотрел я на этот след, выйдя из троллейбуса, смотрел-смотрел… А перед глазами – жара, пески, клочки безжизненных трав и колючие кустарники. И стадо слонов на горизонте под предводительством самой уверенной слонихи.
Тут же, не успел я забежать далеко вперед, на остановке обнаружился Михайло Потапыч. Ну, медведь, конечно же. Медведь был немолод, сутул, имел большой живот и огромные ступни. Лицо у медведя выражало недовольство: рядом стоял его внук, которого медведь пытался учить уму-разуму. По всей видимости, не очень успешно.
-А я говорю, что нехорошо так поступать!
-Дедушка, отстань, - сердился внучек.
- Нет, ты послушай: ведь нельзя же так! Нехорошо же! Не положено! Все в школу в сменке ходят, никто не забывает, а если забывает, то так и говорит учительнице! Но никак не врет, что это ему дед забыл положить в портфель! – гундосил дед-медведь, сутулясь еще больше и поводя возмущенно в воздухе огромной рукой-лапой.
Я вздохнул тоскливо и дальше пошел. Иду-бреду себе, а в сквере возле дома моего – кто, как вы думаете? Тигр собственной персоной. На турниках упражняется. Рраз! – вертанулся на руках. Два! – повис на одной руке и мгновенно исполнил по-кошачьи плавный переворот. Три! – изящный взмах ногами крест-накрест, как будто большая дикая кошка повалилась на спину и повела, потягиваясь, подушечками задних лап. И костюм оранжевый такой, с черной окантовкой. А лицо широкое, скуластое, глаза раскосые, непроницаемые. Тьфу ты, зверюга! Что ты будешь делать!..
И даже в подъезде собственного дома я столкнулся - не с бабулей с пятого этажа, не с хлопотливой мамочкой близнецов со второго и не с загорелым парнем из Учкудука с первого, а столкнулся я с лисой. С маленькой такой, худенькой. В соболях. В шляпке. С рыжевато-каштановыми буклями, вылетающими из-под шляпных полей. С черной мушкой на щеке, точь-в-точь как у той самой лисы, которая известна как Алиса. На высоких каблуках, разумеется. Она посмотрела на меня хитро так, изобразила улыбку углом рта и промурчала утробно:
-Извините, не подскажете, который час?
Я, конечно, подсказал – не жалко. Но еле удержался, чтобы не крикнуть вслед «Передавайте привет Базилио!»
Хотя…
Если быть совсем – до конца – честным, то одно человеческое лицо я то и дело встречаю во время своих долгих, одиноких и бесплодных прогулок.
В первый раз я увидел семейство, к которому это лицо имеет прямое отношение, около месяца назад.
Нынешняя зима разгулялась под конец: февраль не поскупился на снег. Бедные дворники выли от ужаса и взывали о помощи, но, так ее и не получив, гневно сгребали несгребаемое куда попало – под окна, под столбы, на постаменты и в те места, где летом обычно разбивают клумбы. Снежные холмы росли день ото дня и превращались в искристо-белые горы. На вершинах этих гор до позднего вечера толпилась ребятня с картонками и ватрушками, а у подножий ребятня постарше пыталась прорубить в плотной снежной массе тоннели. Родители сновали вокруг, опасаясь лавин и обвалов, активно изображая сотрудников МЧС наготове.
Но у детей из той самой семьи родители не изображали спасателей. Мама тех детей – а их четверо, ни много ни мало, - каталась по парку на лыжах, не особо вникая в происходящее. Папа появился за все время один-единственный раз, когда семейка загулялась и в десятичасовой фонарной полутьме еще возилась у самого высокого холма (который, конечно же, дети назвали Эверестом). В тот вечер именно папа пересчитал всех детей, выловил из глубины парка запыхавшуюся и ошалелую от скольжения маму и строем увел семейство домой.
Но обычно пересчитывал детей и вылавливал маму вовсе не папа!
А то самое лицо, которое я осмелюсь назвать человеческим.
За детьми на холмах в любой день и любой вечер, когда они попадались мне на глаза, следил серый косматый остроухий пес размером с небольшого теленка.
Я бы даже сказал, волкопес.
Волкопес каждый раз неотступно следовал за двумя девочками (лет трех-четырех) на вершину любой горы, даже Эвереста, охотно держа в зубах две веревочки от ватрушек и отпуская их только тогда, когда девчонки, плюхнувшись животами на ватрушки, вопили: «Эгей, Вольф! Поехалииии!» - и подталкивал их бережно носом.
Точно так же каждый раз он помогал копать девочке лет восьми тоннель в любом из выбранных ею подножий – если только он не провожал на горку младших. Копал он яростно, зло, отфыркиваясь и рыча, врезаясь когтями и лобастой мордой в белую холодную твердь, а старшая в это время выгребала снег руками и заходилась от смеха, глядя на своего помощника.
И каждый раз волкопес исправно подвозил к парку саночки с самым младшеньким – мальчишечкой, которому и года еще, кажется, нет. Мама перед тем, как убежать на штурм занесенной за ночь лыжни, выпрягала Вольфа из саней, оставляла мальчишечку в санках у одного из холмов – и исчезала за чередой переплетенных мерзлых ветвей. А мальчишечка мирно засыпал до самого конца прогулки.
Теперь близится весна, сугробы подтаивают, сказочные холмы тощают и съеживаются. Я все жду: что будет, когда они исчезнут совсем, и когда мама перестанет уноситься в бархатные зимние сумерки на лыжах, и когда малыша станет невозможно довезти до парка в саночках? Что придумает волкопес, когда по аллеям парка разольются в мартовской неге глубокие лужи?
Что бы серый Вольф ни придумал, я знаю: все будет разумно и кстати.
Пожалуй, в моей голове полегоньку назревают наметки нового романа. Не ручаюсь за лица второстепенные, но главный герой на сей раз определенно будет человеком. По имени Сергей Вольф. По-моему, неплохо звучит!
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подходит читателям от 11 лет
СВИДАНИЕ С ТРАМВАЕМ
Да, это тот самый трамвай.
- Здравствуй, трамвайчик! – говорит про себя Ия, влетая в салон. – Где ты пропадал? Наверное, в отпуске был? Должны же трамваи отдыхать!
Трамвай под номером 58 ходил редко, а в последний месяц и вовсе куда-то исчез. Как хорошо, что сегодня он опять появился!
Каждый раз, когда 58-й подъезжал к остановке, мигая подслеповатым правым глазом, Ия замирала в предвкушении. Сегодня до метро она поедет со своим трамвайчиком. И не через геркулесовую кашу из многоэтажек у Пионерской. Нет! Ию ждут красивые, хрупкие старые дома, которые трогательно жмутся друг к дружке по дороге к Выборгской. А уж от какой станции метро держать путь в изостудию, - от Пионерской ли, от Выборгской ли, - все равно. По времени выходит примерно одинаково.
Ия называла поездки на 58-м свиданиями с трамваем. За полчаса все внутри успокаивалось, утихало после суматошного школьного дня. Забывались даже минуты позора на физкультуре.
Вот Ия заходит, выбирает местечко поудобнее - у окна, разумеется, благо народу немного. В рюкзаке мирно постукивают формочкой о формочку акварельные краски, перекатываются кисточки разной длины и толщины. Впереди у Ии – вечер за мольбертом под разговоры с подругами о книгах и волшебстве. А за окном трамвая –ветвистые липы, песочно-серые задумчивые стены и солнечные зайчики на запыленных окнах. Счастье!
Ия боялась, что она может этого счастья однажды лишиться. Про свидания с трамваем она никому не рассказывала и оберегала свою тайну, как младенческий сон.
- Как май разгулялся! Видишь, трамвайчик? – спрашивает Ия. Сегодня ей весело: пятерка по геометрии, пятница, на выходные ничего не задали, - и она с особенным интересом вглядывается в происходящее за окном. – Тротуары от солнца золотые! И дома - тоже в золоте! Даже пыль на свету – как золотая крошка! Рисовала бы и рисовала. А почему народу так мало? Даже машины нас не обгоняют. Странно, тебе не кажется?
Трамвай остановился, распахнул двери. Ия оторвалась от окна и обнаружила, что в салоне она одна. А в трамвае между тем многое изменилось. С чего это вдруг стены обшиты аккуратненькими досочками? Неужели сделали ремонт со стилизацией под ретро, который Ия на радостях сразу не разглядела, или это на отчаянном солнечном свету ей чудится? Ладно, свет светом, но где сиденья, которые были раньше? Что за лавки под окнами вдоль стен?
Двери уже закрывались, когда на ступени запрыгнул мальчик с деревянным самолетом под мышкой. Через пару секунд новый попутчик приземлился рядом с Ией.
Он был примерно ее возраста, лет двенадцати-тринадцати. Взъерошенную шевелюру не могла скрыть даже огромная кепка, которую он нахлобучил козырьком набок. Полосатая, как матрас, футболка. Серые штаны болтаются, как на герое Чарли Чаплина. Какой необычный!
- Куда едем? – спросил мальчишка, как будто был знаком с Ией всю жизнь.
- На рисование, - ответила ошарашенная Ия. – А ты?
- А я самолет сделал, везу товарищу показать.
- Кому-кому? – переспросила Ия. Значение слова «товарищ» она понимала, но никто из ее знакомых так не говорил. Очень странный мальчик.
- Толику, - пояснил странный. – Я Володя, кстати. А тебя как зовут?
- Аа… Ия.
- Ну и имя у тебя! – присвистнул Володя. – Тоже мне, выдумали.
- Имя как имя! – возмутилась Ия. – А ты вообще какой-то… как не отсюда, что ли!
- Как это - не отсюда? – вылупил глаза мальчишка. – А откуда же я? Здесь родился, здесь и живу! Это ты какая-то расфуфыренная. Я даже и не видел, чтобы вот так ходили. Ты что, иностранка?
- Какая иностранка? У меня даже стразов нигде на одежде нет! Да, бирюзовые кроссовки со звездами – и что? Можно подумать, в первый раз видишь!
- Ты про что вообще говоришь? Про башмаки свои? Конечно, в первый раз!
- Володя, проснись! Мы в 21-м веке живем, это просто яркая городская обувь!
- Ты что трешь? В каком 21-м веке? С головой-то все хорошо у тебя?
Ия на мгновение потеряла дар речи.
- У меня – хорошо, - ответила она, когда смогла говорить. – Только если… Нет, этого не может быть.
- Чего?
- Володя, какой сейчас год?
- Точно, ненормальная, - заключил Володя. – Сегодня 18 мая 1936 года. Может, запишешь где-нибудь? А то забудешь! Все, бывай! – с этими словами Володя вскочил и сиганул к выходу.
Только сейчас Ия заметила, что трамвай подъехал к остановке и открыл двери. Паренек с самолетом вылетел на улицу, даже не оглянувшись. Вокруг все было и тем, и не тем – те же дома, но ярче, свежее и как будто выше. Или это потому, что деревья совсем молодые, низенькие и тонкие? Окна чище, небо глубже– чувствуется, что воздуха в городе больше. Людей не видно, только Володя несется по тротуару. С такой скоростью в наши дни он обогнал бы любого модника на самокате.
Стоп. А в 2018-й как теперь вернуться? Ия зажмурилась от страха. Что-то будет…
Когда она открыла глаза и окинула взглядом салон, все было по-прежнему. Обычные трамвайные стены и сиденья. Несколько вполне обыкновенных пассажиров только что зашли и рассаживаются по местам. Кто-то прикладывает карточку к валидатору, кто-то озирается в поисках кондуктора. За окном – шумный майский тротуар, пестрые витрины пиццерий и бутиков, нетерпеливая толкотня автомобилей. Все вокруг пластмассово-жестяное, с металлическим блеском. Даже почтенные стены, золотые на солнце, едва видны из-за всего этого.
- Трамвай! Вот так свидание у нас с тобой сегодня! Что ты, конечно, никому – это моя тайна! Все равно никто бы не поверил. Подожди-ка. Тот мальчик из 1936-го…
Трамвай, пожалуйста, ничего не говори. Сейчас я не готова узнать, что будет… что было с Володей через пять лет. И что было потом.
Пока я буду просто верить.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подходит читателям от 13 лет
БАЛЛАДА О ЧЕТВЕРЫХ
-1-
То был заговор или то был сговор, или то был заговор и сговор одновременно? Как знать…
Город с острыми башнями мягко спеленала, укутала ночь, и все в городе спали. Кроме четверых.
Четверо были не согласны, и четверо решили сбежать в ночь ото всех – прочь из города, и пусть их будут искать, да не найдут.
Первый из четверых, по имени Роберт, задолго до побега изготовил легкую аккуратную яхту, и испытал ее у берегов города, и пришвартовал ее в укромном месте у пристани между двумя заброшенными судами. На борту яхты же он вывел название – «Кошкин сон».
Роберт был молод, смел и смекалист, были люди, которые даже прочили его в городские правители в близком или далеком будущем. Но Роберту претило править, и Роберту также претило подчиняться тем, кто правит. Потому он задумал побег, и потому изготовил яхту. Роберт рвался в море, и Роберт рвался за море. Он хотел найти свою цель.
Второй из четверых, по имени Антон, мечтал возводить высокие, очень высокие здания. Но в городе, где он жил, принято было строить дома неказистые, никак не выше острых городских башен. И Антон был не согласен, и потому хотел бежать. Встретив Роберта, он понял, как ему быть.
Третий из четверых, по имени Гастон, хотел только спать. Сон он любил так, что готов был спать весь день, и всю ночь, и все последующие дни и ночи – без перерыва. Но в городе, где он жил, сони не были в почете, а почитали в городе особо тех, кто трудился день и ночь, желательно – без перерыва. Тяжело приходилось Гастону. Он был не согласен, но он был дружен с Антоном, который хотел бежать. И Антон надоумил Гастона, что тому делать.
Четвертая же, Эделина, тоже была не согласна. Она была не согласна остаться на городском берегу одна, без Роберта. Но тот об этом не знал. Роберту Эделина сказала, что у нее в море как раз есть цель, на самом что ни на есть Экваторе.
Под этим предлогом Эделина решилась бежать с Робертом. Бежать за Робертом.
-2-
Море ночью - как бездна, на которую набросили темный плед. Уютно уткнулась в самый уголок пледа маленькая яхта, но последняя из четверых, Эделина, уже взошла на борт, и вот Роберт убирает трап и поднимает якорь.
Полный назад! Разворот! Курс – в море!
Парус рвется в бой, мечется, как в лихорадке, и, поймав ветер, успокаивается, расправляется и как будто засыпает. Черная от ночи яхта крадется по черной же воде, и следов в черноте не остается. Чернота никому не расскажет, куда бежали четверо, и никто в городе никогда их не найдет.
- Роб, черт возьми, откуда такое название – «Кошкин сон»? – слышится во тьме смешок Гастона.
- Кошкин сон – это наша мечта, мой друг, - отвечает Роберт серьезно. – Вспомни, как тихо и сладко спит кошка у камина каждое непогожее утро, когда тебе, как назло, позарез нужно выбраться в город. И как ты завидуешь ей и мечтаешь поменяться с ней местами. Ведь было дело, а?
- У меня так точно! – хохотнул Гастон согласно. Антон тоже рассмеялся от души.
-3-
Первое утро в море встретило четверых туманом и штилем. Еле-еле скользила яхточка, переваливаясь расстроенно и нетерпеливо с боку на бок. На палубе осела плотная влажная дымчатость. Друзья не могли четко разглядеть друг дружку с расстояния рукопожатия.
Солнце не торопилось прорезать облачность. Оно еще дремало.
Как вдруг сквозь дымку и дремоту проклюнулся смутный силуэт дальнего острова. Силуэт медленно становился четче, остров был все ближе и ближе.
Наконец яхточка царапнула носом прибрежный песок.
Что же на острове? Вот ведь небыль небывалая!
Остров сам, кажется, невелик, если только туман не обманывает. Растут на острове три сосны, и больше никаких деревьев нет. Но сосны эти так высоки, что верхушки их пронзают туманную пелену и исчезают за облаками. А под соснами высится такой муравейник, что и не описать. Облака верхушкой скребет. Хвоя у сосен гигантская, муравейник из нее ладно сложен. Тащат хвою на себе гигантские же муравьи, величиной с добрую собаку каждый. Не суетятся муравьи, хвоинку к хвоинке прилаживают.
- Вот так островок! – присвистнул Антон. – Ребята, кажется, я приплыл!
Трое посмотрели на него с недоумением.
- А что? - рассуждал Антон. – Муравьи, видно, ребятки крепкие, надежные. Всю жизнь готовы положить на то, чтобы дом свой выше сделать. И ведь делают же, делают постоянно! Никогда муравейник не перестанет расти – как знать, может быть, и сосны перерастет когда-нибудь?! А сосны-то огромные-преогромные, а хвоя-то знатная! Вот оно, вот оно, счастье мое!..
Антон спрыгнул на песок и побежал к трем соснам. Муравьи с нижнего яруса муравейника насторожились и прервали работу. Из них несколько преградили Антону путь. Тот ничуть не испугался столкновения с насекомыми, каждое из которых весило чуть ли не столько же, сколько он сам. Одного муравья он погладил по блестящей натруженной спине, второго почесал за коричневым усиком. И муравьи, представьте, не рассердились! Минута, другая – и вот уже Антона ведут к муравейнику, ведут не как подконвойного, но как гостя.
Напоследок Антон оборачивается к старым друзьям, счастливо улыбается и машет рукой.
- Вот нас уже и трое, - сказал Роберт.
-4-
День в море сменялся другим днем, и бывали дни одинаковые, как близнецы, а были иногда и удивительные, не похожие на прежние. И вот случился как-то раз день морозный, веяло холодом в море, и у дальнего берега засинела кромка льда. Путешественникам пришлось укутаться хорошенько и соображать, куда бы спрятать лицо от неласкового ветра.
Гастон первым взял бинокль, чтобы изучить берег, к которому приближалась яхта.
Что же было на берегу?
На берегу лежали, уткнувшись друг в дружку носами, боками и хвостами, морские котики. Они нежились. Ветер был им ни по чем, и мороз тоже – так толста была их шкура. Некоторые из них изредка переваливались с боку на бок, устраиваясь поуютнее. Усики их блаженно подрагивали. Глаза котики почти не открывали, только щурились.
- Как же это прекрасно! – воскликнул Гастон. – Друзья, сегодня я вас покину!
Роберт и Эделина переглянулись.
- Да-да, дорогие, настал мой час! Кошкин сон, говорите? Так вот он где, самый что ни на есть – кошкин! – Гастон даже перестал быть сонным и жестикулировал руками, что твой дирижер. – Я нашел место, где никто, никогда и ни при каких обстоятельствах не помешает мне отоспаться!
- Но ты же замерзнешь, дружище, - разумно заметил Роберт.
- А вы дайте мне побольше одеял и пледов – все, какие есть на яхте и какие не жалко, а мой тулуп и теперь при мне, и овчинная шапка пока цела! Авось будет тепло!
И Эделина дала Гастону все теплые пледы и одеяла, какие только были на борту, и Гастон сошел на берег. Котики едва шевельнулись. Только некоторые, особо любопытные, нехотя повернули в его сторону сонные мордочки.
- Вот между этими двумя толстяками я и примощусь! – радостно крикнул Гастон старым друзьям, расстилая тяжелое одеяло так, чтобы сосед справа и сосед слева смогли прижаться к нему боками поплотнее. – Ох, как хорошо они меня греть будут!..
Яхта отчалила, и тихо-претихо было на борту. Роберт и Эделина стояли на палубе, молчали, созерцали горизонт.
-5-
- Вот и Экватор, Эделина! Где-то здесь, говоришь, твоя цель?
Эделина кивнула и насупилась. Уже Экватор? Что же ей делать? Признаться Роберту, что она его обманула? Тогда он возненавидит ее!
Или не признаваться, сойти на первом же острове, который окажется у них на пути – и расстаться с Робертом навсегда?
Что губительнее?..
Небо над яхтой расстелилось ярко-бирюзовым шатром. Облаков не было. Солнце в зените не шпарило, но мерцало нежно, поглаживая лучами палубу. Эделина стояла на корме, облокотившись о борт, и плакала.
Островок был маленький, зеленый, с розово-оранжевым песчаным берегом. Лес, сплошь покрывающий островок, манил и обещал прохладу. В таких лесах наверняка есть ручей с чистой водой.
«Вот здесь я и сойду, - решила Эделина. – Здесь проживу до конца моих дней в одиночестве, и Роберт никогда ничего не узнает. Так будет лучше.»
Эделина и Роберт ступили босиком на песок и одновременно поразились, какой мягкий он на этом острове. Лес был совсем близко, деревья почти касались ветвями их волос. Чей-то голос в лесу… Стон! Человек просит о помощи? Похоже, но как будто и нет.
Ветви деревьев зашуршали и раздвинулись прямо за спиной Эделины. Та обернулась и увидела коня.
Нет, не коня.
Единорога.
Единорог плакал в голос: он был болен. У него был сломан рог. Из глубокой трещины сочилась темно-каштановая жидкость. Как будто кровь, но не кровь. Надломленный кончик рога грозил упасть и потеряться в траве или в песке.
Эделина погладила единорога по голове – между глаз и к ноздрям, и обратно. Затем, ни минуты не мешкая, ловко взялась за кончик больного рога. Приложила кончик, как мозаику, точь-в-точь, как он был надломлен – отломок к отломку. Вынула из кармана платок и попросила Роберта, чтобы тот смочил его питьевой водой. Роберт сбрызнул платок из своей фляги, и Эделина бережно вытерла темно-каштановую жидкость. Затем сняла платок, который был повязан у нее на шее, и им перевязала рог.
И что же?
Рог мгновенно засиял небывало голубым цветом, при этом на солнце вокруг него пускались в пляс еле видимые золотые искорки!
Единорог уже не плакал. Он благодарно лизнул руку Эделины мягким языком и, перестукивая копытами, довольно прогарцевал по берегу в сторону леса.
- Видишь? – сказала Эделина Роберту. – Вот моя цель. Здесь я останусь. Буду лечить единорогов всю свою жизнь, и никто из городских никогда не найдет меня, а в скорем времени уже и не вспомнит обо мне.
Роберт посмотрел куда-то поверх волос Эделины, потрепал ее по запястью и сказал:
-Что ж, я вижу! Так рассудила жизнь! Береги себя.
И пошагал тяжелыми шагами к яхте, не оборачиваясь.
В добрый путь, мой капитан!
Я никогда больше не увижу твоих узких рук на штурвале. Я буду просыпаться, смотреть на солнце и деревья, и в каждом лучике, в каждом листочке, каждой травинке буду видеть, и слышать, и помнить тебя. Я подниму глаза к небу и каждый раз при этом буду знать, что и оно, и ты одинаково далеки от меня. Я буду проходить по берегу босиком, по щиколотку в морской воде, и я буду рада касаться моря, потому что знаю, что в море – ты. А ты? Ты забудешь меня, я не знаю, когда, но забудешь. Я ничего не сказала тебе, потому что я никогда не значила для тебя больше, чем дружелюбный попутчик. Зачем нам страдать вдвоем? Ты ищешь цель, я не буду тебе обузой. Я решила и я буду одна. Всегда.
-6-
Много дней и много ночей провел Роберт на яхте в борьбе с морской стихией. Океан был им покорён. Никаких бурь, никаких штормов, никаких чудовищ уже не боялся храбрый Роб. В портах по всей Земле люди слагали о нем легенды и распевали песни. Слухи доходили и до его родного города, но там все больше не восхищались, а злились. Только вот поделать ничего не могли.
Отважен был Роберт и любознателен, и повидал уже много, да вот цели-то все как не было, так и нет! Искал он ее на больших материках и крошечных островках, искал в ручейках-речушках и в грозных океанских волнах - и не нашел. Беседовал со знатоками-всезнайками и мудрецами-старейшинами, и ни один из них не дал ему четкого ответа. Каждый говорил либо в себя, либо в пустоту, а у некоторых из них одно совпадало с другим.
И расстроился Роберт, и приуныл не на шутку.
И стоял он ночью на корме, облокотившись о палубу, и курил трубку, а над ним небо щедро рассыпало звезды.
И вспомнилась Роберту девушка, которая бежала с ним из города на яхте, и которая сняла с шеи платок и перевязала единорогу сломанный рог где-то на Экваторе.
Цель… У девушки она была, и она нашла ее. Почему кому-то назначено лечить единорогов на Экваторе, и кто-то бежит из города, зная, куда бежит и зачем бежит, и достигает своей цели, и остается с ней навсегда, счастливый? А кто-то, как Роберт, тратит годы, но не может ухватить хотя бы за кончик хвоста то, чего так жаждет!
А может быть, не случайно бежала с ним из города эта девушка? Не случайно он видел, как после прикосновения ее рук рог засиял небывало голубым цветом и золотые искорки заплясали на солнце?
Она осталась одна, и на острове, и на всем белом свете. Кто защищает ее от стихии? Кто построил ей дом? Кто помогает ей следовать в ночную чащу через бурелом к больному единорогу?
Больно и стыдно стало Роберту, оттого что эти добрые, чудесные руки некому согреть и что эти светлые глаза некому утешить и смахнуть с ресниц слезы. Он был единственный, кто мог остаться с ней – и не остался. Он бросил человека, который мог бы стать ему близким. Более того – родным.
В добрый путь, Роберт! Направляй свои стопы к Экватору. Ты боишься, что с Эделиной что-то случилось, или что она не ждет и не примет тебя? А может быть, ее давно уже увез кто-то другой?
Ну что ты! Плыви и ни в чем не сомневайся! Если твоя цель – защищать ту, что лечит единорогов на Экваторе, растить с ней детей и охранять ее сон, никто не сможет помешать тебе и опередить тебя!
То был заговор или сговор, или заговор и сговор одновременно – как знать? Да только из города однажды бежали четверо, и все нашли то, что искали, в разных местах.
Друзей-то четверо, а места – кто бы мог подумать - оказалось только три! И кто это выдумал, никому доселе неведомо.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подходит читателям от 6 лет
Сказка с тремя вопросами и одним ответом
Принцесса посмотрела на королеву и сказала:
-Спокойной ночи, мама!
Королева подоткнула принцессе одеяльце.
Принцесса посмотрела на короля и сказала:
- Спокойной ночи, папа!
Король пощекотал принцессе за ушком, потому что без этого она засыпать отказывалась.
Тогда королева поправила расшатавшуюся над принцессиной головой нитяную ловушку для снов и шепнула:
- Это чтобы тебе не приснился… ну, сама знаешь, кто.
- Мамочка!..
- Ну, ну, тихо! Я же говорю: чтобы не приснился.
- Вот ты мне про него напомнила, и теперь точно приснится…
- Тоже мне, заладила: приснится, приснится! Болтай поменьше да спать будешь крепче! – проворчала из уголка старая няня.
Принцесса знала, что няне слова поперек не скажешь. А потому послушно уткнулась носиком в подушку, закрыла глаза и изобразила сонное посапывание.
Король и королева тихо-претихо покинули принцессину спаленку, от дверцы которой вверх поднималась длинная-предлинная лесенка. На каждой ступеньке – а было их девяносто девять – стояла фрейлина, и королева, взбираясь по ступенькам, взволнованно говорила:
- Фрейлины, голубушки, с первой по девяносто девятую! Если случится беда и нагрянет Пират с большой буквы, вы должны не мешкая вынести принцессу через тайный ход (о, я надеюсь, вы помните, где он находится!), а в случае погони создать видимость столпотворения, отвлечь пиратское внимание и дать нашей принцессе убежать! Да пищать, пищать что есть мочи не забывайте!...
И фрейлины, как под гипнозом, с первой по девяносто девятую повторяли одна за одной:
- Будет исполнено, Ваше Величество!
(Вопрос первый: что это за королевство, где фрейлинам полагается пищать что есть мочи?)
Король все это время молча следовал за королевой. Когда они миновали последнюю ступеньку с девяносто девятой фрейлиной, перед ними распахнулась дверь, ведущая в просторную полутемную залу. В зале стояло триста тридцать три стражника, и у каждого в шлеме, как в подсвечнике, горела свеча. (Этой своей выдумкой король недаром гордился: так он и пространство сэкономил, и стражников избавил от нужды свечи держать.) Тут-то и пришла пора королю говорить:
- Ну, а вы, ребятки, свое дело хорошо знаете! Много вас, со всеми с вами Пират этот с большой буквы, чтоб ему пусто было, все равно не справится, так что точите-ка зубки поострее! Да в бою не робейте – принцесса-то у нас одна!
И стражники как один – с первого по триста тридцать третий – отчеканили:
- Есть, Ваше Величество!
(Вопрос второй: что же это за королевство, где фрейлинам полагается пищать что есть мочи, а королевской страже – зубки поострее точить?)
Король с королевой переглянулись и перевели дух: авось, и на сей раз обойдется!
А Пират с большой буквы тем самым временем лежал на боку, одним глазом поглядывая в крохотную щелку, которая – он знал наверняка – была одним из бесчисленных входов в королевство. Да-да, в то самое, где его так боялись и так готовились к его приходу.
(Вопрос третий: ну, что же это все-таки за королевство такое, где фрейлинам полагается пищать что есть мочи, а королевской страже - зубки поострее точить, и куда ведет бесчисленное множество крохотных щелей?)
Ничего не скажешь, это был самый настоящий Пират с большой буквы. Бока у него – и тот, на котором он лежал, и тот, по которому муха ползала, - были чернющими и лоснились. А пузо между этих боков было мягкое и круглое. В общем, лежал себе Пират и думал: «Друзья надо мной потешаются, за своего скоро признавать откажутся. Какой же ты, говорят, Пират с большой буквы, если по сей день принцессишку хилую в плен взять не можешь? Ээх, да разве им объяснишь!.. Им ведь невдомек, какая у моей принцессочки бархатная шубка с голубым отливом… А какие у нее глазки! Кому-то они, быть может, покажутся просто парой темных бусинок, но я-то вижу – в них кроется славная, доверчивая душа! И горе, горе тому, кто покусится на эту милейшую мышку… Мяяау!
(Ну, а теперь самое время дать один ответ на три вопроса: загадочное это королевство называется Подпольем.)
Опубликовано в
Куча мала. Проза