ГЛАВА 3

«Нашли стражники монаха-отшельника в глухом лесу.  Монах старенький, сгорбленный, седенький, подрясник веревкой подпоясан. Ноги – в лапти обуты. 

В чём душа держится... Не то, что обухом – прутиком перешибёшь. Но не захотел старец-монах сразу во дворец идти. 

Сказал стражникам:

- Погодите хватать да тащить, люди добрые. Хоть вы и царёвы слуги, но крещены-то вы Царю Небесному.  Вот и дайте мне одну ночь на молитву. Прежде, чем я пойму, надо ли мне ехать, или лучше тут, в скиту, убиту вами быть, за неповиновение.

Подивились стражники, с коней спешились и остались на ночь.

Пусть его...  пусть молится. Раз надо ему.

Всю ночь молился старец-монах. А наутро котомку за плечи закинул и сам стражников разбудил:

- Вставайте, братцы, пора в путь!

- Садись, отец, на коня! – предложил старший стражник. – Мы – конные, как же ты – пешим пойдёшь?

- Не волнуйся за меня, - говорит старец. – Я ещё вперед тебя добегу.

Раз – и исчез.

Кинулась стража – туда, сюда – нет старца.  Нет его, и всё тут!  Что делать?

Грустные да понурые, поскакали они восвояси. Боятся царского гнева, уж и головы свои буйные оплакивают. Да малых детушек своих вспоминают. Боятся, как бы те сиротами не остались.

Но как стали к столице подъезжать – глядь, у городских ворот, на камушке, монах сидит. Их дожидается.

- Долго едете, братцы, - говорит. – Я уж на дорогу смотреть устал.

А у самого глаза смеются, а морщинки от глаз – лучиками разбегаются.

Обрадовалась стража! Потащили они монаха во дворец.

Притащили в царские палаты.

Царица-то сразу нос сморщила:

- Фи, - говорит шёпотом царю в ухо, чтоб монах не слышал, - грязный старикашка! И как такого в спальню к нашей дочери пустить!

Монах взглянул на неё, и отвечает:

- Не желаете, матушка, пускать меня – так я повернусь, да пойду.

- Пройди, отец, пройди к больной, - приказал царь.

И вздохнул:

- Пусть только поправится. А мне,  после петуха... всё едино...

- Нет, - говорит монах. – Не едино.  Захочешь – объясню тебе, почему. Только после. Сейчас ведите меня к больной. 

А царица в это время подумала:

 «Ничего,  я потом отыграюсь! Покажу ему, как приказывать царице да учить царя!»

Подошел  монах к постели больной принцессы. Перекрестился.

Взял её за руку. Словно бы небольшая молния проскочила между розовой ладошкой принцессы и грубой ладонью старика.

Вздрогнула принцесса.

Старик перекрестился ещё раз, постоял немного над постелью, повернулась и позвал царя с царицей.

Оба вошли.

- Да, больна дочурка ваша, - проговорил монах. -  Но можно её  исцелить.  И  даже других спасти.  Но для этого надо отгадать три загадки. Тот, кто отгадает первую загадку, может спасти самого себя. Или другого. От болезни, от несчастного случая, от утопления и всякой иной напасти... Но, надо ещё поступок совершить. Тогда станет понятно, правильно ли загадка отгадана.

- Что надо сделать? – не понял царь.

- Не понятно, - произнесла и царица. – Ничего не понятно.  Ерунда какая-то. Зубы нам не заговаривай! Говори яснее, старик, перед тобой не кто-нибудь, а  царь и царица.

- Тот, кто отгадает загадки, сам решит, что делать дальше, - словно не слыша царя и царицу, - продолжил монах. -  Но это может быть даже сложнее, чем загадку отгадать.  Не  дремлет зло. Зло – сопротивляется. Всегда и везде.  Может сбить человека с правильного пути.

- Смотри, старик! – начала царица.

Но монах смотрел на царя и царицу спокойно, без страха, без сомнений, без раболепства, к которому те так привыкли. 

- Божья воля о человеке – всегда блага, - сказал старец. - Но судьба человека, иногда – в его собственных руках.

Тут он повернулся к принцессе:

-  Ты поняла?

- Да, - прошептала принцесса. И спросила:

- Ты кто?

- Называй меня Божьим человеком, - погладил её по руке старец. – Потому, что все мы люди Божьи, только забываем о том частенько. Отгадывай загадку  сама. Что-то на твоих родителей я не очень надеюсь.   Когда отгадаешь,  можешь просить о помощи хоть отца своего, хоть молодца проезжего.  Слушай! Загадка номер один...»

Тут Неточка снова притронулась к руке отца и прошептала:

- Папа, громче читай!

Павел Иванович... впрочем... Павел Иванович вдруг поймал себя на том, что сам скорее хочет узнать, какой же будет загадка. И вообще – что же случится дальше? Что придумал странный сказочник Иван Иванов?

Павел Иванович громко прочитал:

«Загадка номер один: «Чем больше меня раздают, тем больше меня остаётся. Чем больше больше обо мне рассказывают, тем слабее я становлюсь. Если мной начинают хвастаться, я исчезаю».