Красная шапочка, или Маленький Шаперон красный

     Все знают: «Le Petit Chaperon rouge» или «Маленький красный Шаперон» - европейскую народную сказку, ей более семи столетий, которую в 1697 году Шарль Перро записал, литературно обработал и выпустил в сборнике. Книга называлась «Сказки матушки Гусыни, или Истории и сказки былых времен с поучениями». Книга для детей не предназначалась, тексты еще не были адаптированы для малышей. Первым переводчиком этих недетских сказок на русский язык был Л. Воинов, 1768 год.

      Сюжет «Красной Шапочки» все знают: мама посылает дочь проведать бабушку в соседнее село. В лесу дитё встречает волка. Разговорились. Волк вызнаёт адрес, опережает внучку, и съедает обеих. Мораль: никогда не разговаривайте с незнакомцами. Но это далеко не всё и всё не так.   

      Во-первых, что это за шаперон, красный, бархатный? Это вам не шапочка. На шаперон пойдет три погонных метра бархата, что существенно дороже. Это вещь! Если хронотоп сказки 12-14 века, Европа, крестьянская семья  - то красного бархата у бабули быть не могло. Бархат – это очень престижно, невозможно дорого было. Кроме того, сословные различия в одежде не позволяли представителям низших классов одеваться по-королевски.

      Крашение сукна, шёлка, льна были очень затратным и трудоёмким. А тут бархат. Ну, а надел ты красное – кто ты? Кем себя мнишь? Королевской крови, что ли?  Подарок? Чей, за что, от кого? И выходит: либо бабушка была содержанкой-куртизанкой, либо воровкой. И то и другое – порок, грех. И лежал отрез в закромах спрятанный полвека, пока все не помрут, кто мог счёт предъявить. А грех должен быть наказан.

     Тёмное дело, этот красный лоскут. Что хочешь, то и думай. Но символ есть символ. В красные капюшоны были одеты палачи… Назвался груздем – полезай в кузов. А не по Сеньке шапка – и голова с плеч. Может, бабушка хотела показать, что у нее богатая родня. Может, что у нее кузен – палачь. И этим уберечь внучку от лиха?

     Накидка с капюшоном - шаперон, со временем сократилась до шапочки или панамки, какую можно увидеть на Яне Поплавской, сыгравшей Красную Шапочку в советском одноименном фильме. Как и почему – это я расскажу чуть позже.

      Народная сказка – не только забава. Это предупреждение и наказ, её задача - напугать ребёнка, чтобы уберечь от смерти, которая была везде. Это в наше время ребенок застрахован прививками от детских болезней, камерами и мобильными телефонами от несчастных случаев и похищений. А раньше, в средневековой христианской Европе, с безопасностью были проблемы. Но предупреждён – значит, вооружён. И чем страшнее история, тем крепче ребенок запомнит, тем осторожнее будет. Сказки - как десять заповедей для взрослого: грабли, на которые лучше не наступать.

        Существуют самые страшные, самые старые варианты. Они издавались анонимно. Во-первых, волк не просто хищник, он оборотень, владеет человеческой речью, дьявольской сообразительностью.  В одном таком волк съедает полдеревни. Смелая девочка открывает охоту, заманивает волка в яму с кипящей смолой. (Опять адское пламя!) В другом сытому волку вспарывают живот и выходят оттуда бабушка и внучка. Красная Шапочка натаскивает сама и набивает волку брюхо камнями. Волк подыхает. Так из жертвы легкомысленная эгоистка Красная Шапочка становится мстителем и изощренным палачом. И шаперон в масть, алый колпак носили заплечных дел мастера, да. Зверь и человек, добыча и охотник, зло и добро - меняются местами.

     В других вариантах волк не только цинично сжирает лежачую больную бабушку, но и готовит из ее мяса ужин, а кровь подмешивает в вино и дает выпить Красной Шапочке. Все это приготовление видела кошка. Девица пьянеет, расслабляется, соблазняется, раздевается и ложится с волком в постель. Никакого хэппи-энда. И кошку, она была на стороне людей и хотела предупредить, -  волк сожрал не поперхнулся. Всё плохо. Но зато каков эффект! И взрослым и детям не забыть этого триллера, где волком попраны все христианские заповеди. Но в этом и смысл, поскольку Зло действует в нашем мире лишь в дозволенных Добром границах.

    Рассмотрим личность Красной Шапочки. Бабушка тяжело больна – а она цветочки собирает на полянке. Не спешит. Избалованная и самовлюбленная, она законченная эгоистка. Что из неё вырастет? Был шанс, инициация, она не прошла её. Значит, так ей и надо, и трагический вариант сказки – нужен, уместен и поучителен.

        Чтобы по-настоящему охранить ребенка от катастрофы нужны очень, очень страшные примеры. Так мой дедушка, например,  нарочно устроил при мне короткое замыкание. Урок на всю жизнь. Чтобы я не лазила в розетки. Мне было три года, но я отлично запомнила этот ба-бах!!..

        Шарль Перро заменил нам бифштекс с кровью на манную кашку с комочками. Взрослые это не едят, а детки давятся. Он убил суть и заменил её  стихами собственного сочинения:

«Детишкам маленьким не без причин
(А уж особенно девицам,
красавицам и баловницам),
В пути встречая всяческих мужчин,
Нельзя речей коварных слушать, —
Иначе волк их может скушать.
Сказал я: волк! Волков не счесть,
Но между ними есть иные
Плуты, настолько продувные,
Что, сладко источая лесть,
Девичью охраняют честь,
Сопутствуют до дома их прогулкам,
Проводят их бай-бай по тёмным закоулкам…
Но волк, увы, чем кажется скромней,
Тем он всегда лукавей и страшней!»

     Зачем он так всё упростил, выхолостил? Неужели из ложной педагогической боязни преподнести страшное детям? Нет. Всё проще. Это бизнес. Ведь книги были очень дороги.  Их и сейчас покупают детям родители. Кошельки у взрослых. Шарль снизил возрастной читательский ценз с 16+ на 6+.

      В те века книги издавались для общества образованных людей, представителей высшего общества, для взрослых, о детях не думали. В этом обществе просвещенных и богатых проблема безопасности детей выглядела иначе, не так как у рабочего люда и крестьян. Няньки, гувернеры вполне справлялись с обязанностями и зарабатывали на уровне сегодняшних высокооплачиваемых бэби-ситтеров. Но они занимались внешним, очищением наружного, не обращением внимания на душу ребёнка.

     В христианской Европе люди каждое воскресение в храмах на мессах молились. Это сегодня костелы пусты, а раньше в них кипела жизнь. Знали все от мала до велика Священное Писание, псалмы пелись, раздавалась милостыня. Знали: первый и главный грех – это непослушание.

Вот прародители Адам и Ева ослушались Бога, это начало отступления. Второй шаг - Ева заговорила со Змием. Третий шаг - вступила в контакт, взяла яблоко и попробовала. Дальше больше - дала Адаму плод с Древа познания Добра и Зла, за что оба лишились жизни, умерли духовно, и были изгнаны из рая на боль и труд за кусок хлеба.

   Героиня сказки была без тормозов. У нее напрочь отсутствовало чувство самосохранения. Знали об этом мать и бабушка? Да. Зачем мать толкнула ее в лес? Пан или пропал. Мать поняла, что у красивой дочери есть шанс. Но ей попался в лесу не принц, увы. Ну не судьба.

    Никогда не разговаривайте с незнакомцами, никуда с ними не ходите, не ешьте и не пейте с незнакомцами, иначе головы не сносить! Вот о чём кричали древние народные сказки. И во всех почти сказках такого типа - идея инициации: подросток, докажи, что ты уже взрослый человек, а не демон, не животное.  Красная шапочка преступила все запреты, не только матушкины. И поплатилась.

     По В.Я. Проппу в сказках всегда есть ступени: запрет или наказ (задание), непослушание или ошибка в исполнении наказа, попадание в трудную ситуацию, беда, преодоление беды и выход. Либо удачный, либо провальный. Конец героя славный или бесславный. Удачный – если герой прошел инициацию, посвящение в люди. Нет – он добыча смерти, туда ему и дорога. А зачем обществу нелюдь, предатель, слабак? Вот и были сказки со счастливым и трагическим концами. А теперь всё.     

       Прошли года, и люди еще больше изнежились. Средневековые страшилки ушли в даль веков, и, лишённые сути, уже не могли напугать и принести пользу обществу.

    И примерно через сто лет после парижского успеха за «Красную Шапочку» взялись немецкие филологи  - Братья Гримм. Они переложили и омолодили древний тирольский извод сказки и добавили в вариант Перро торжество справедливости, смело заменив  страшный конец на добрый и оптимистичный. Сказка стала сосем беззубой. Чем больше отсебятины, тем меньше правды и пользы, дети жуют манную кашку гуманистов. И вот на подмогу Красной Шапочке и её бабушке спешат доблестные дровосеки (охотники). Они случайно слышали крики о помощи.

     Волка убивают. Так ему и надо, по заслугам. Он один теперь во всем виноват, А мать, бабушка и внучка правы в своей инфантильности, ненужности, недальновидности и незнании основ христианской морали. Так с человека снимается ответственность за своеволие, за грех. С детства.

     Братья Гримм записали свой вариант, тирольский, мягкий, с хорошим концом, где внучку и бабушку спасают дровосеки или охотники. Это большая ошибка, приведшая к отторжению от чтения в наши дни. И не только детей. В пересказанных страшилках исчезла глубокая мысль, ради которой все и рассказывалось. Она не касается материального. Да, бабушка и внучка спаслись. Но то, что произошло в избушке никуда не делось. Оно в памяти и внучки, и бабушки. На их совести.

     Немецкая версия стала стремительно распространяться. И сегодня никто не задумывается, а в чем собственно там было дело?

Исключены кровожадные сцены, жестокость, каннибализм. Но вопросы остались. И кто только не погружался в них: психологи, сексологи, историки и педагоги.  Гриммы оказали медвежью услугу нам, людям 21 века, читающим поверхностно, далёким в большинстве своём от христианской проповеди и Библии. Они взяли и заменил понятие преступления христианских заповедей нарушением светских правил поведения и этикета. В народных сказках во главу угла ставится спасение души, а в отретушированных гуманистами – сохранение  временной жизни и только.    Смягчение финала сказки лишило читателей последующих поколений идеи инициации героев. Получается, что дровосеки-охотники спасают «красоту», которая через лет …станет добычей смерти и червей. Перро и Гриммы утверждают борьбу лишь за внешнюю, мертвую красоту, временного физического тела, красоту, которой, вероятно, обладала и бабушка Красной Шапочки. Наследственные пороки, яблочко от яблоньки…Скоропреходящая красота.

   Евангелисты указывают на неё словами Иисуса Христа о повапленных (украшенных внешне) гробах, об омываемых снаружи лишь блюдах и сосудах…Иными словами, сегодня у читателей сказок, оторванных от норм средневековых людей,  отбито напрочь понятие о вечных добродетелях, внимание привлечено к внешним, временным нормам существования – красоте, молодости, здоровье. И сегодняшний рынок занят рекламой качества жизни, с которым боролись наши предки.

     Качество жизни не в набивании брюха, не в тряпках подороже. Изменено понятие – жизнь. Жизнь – она пронизана Духом Святым, она не устаёт не не исчезает. Она оскорбляется тем, что натворили безликие, безымянные, эгоистичные и жестокие Красные Шапочки.

      Теперь рассмотрим бабушку и маму. Хорошими ли родителями были бабушка и мать Красной Шапочки? У них очень красивый ребенок, женщины сосредоточились на внешнем. Да, их девочка ангел. И давай создавать кумир, икону, и в красный оклад прелестное личико девочки обрамлять. Для Средневековья порочность этих женщин налицо. Но сегодня всё надо рассказывать и объяснять родителям заново. Не надо баловать Не задаривайте ребёнка. Избалованные дети сядут на шею, и пустятся в тяжкие грехи.

    Сегодня, когда отцы и матери очень заняты ипотеками, а дети получают услуги в садах и школах, их никто не воспитывает. И тут может прийти на помощь жесткая, как розга народная сказка.

       В преемственности процесса должны участвовать библиотеки. Хороших  библиотекарей уже почти нет. Их поувольняли по старости лет, против их воли. А молодые библиотекари, выросшие без русских сказок, без морали и понятия, где им почитать о ней? И занимаются они чем угодно, только не постижением понимания литературных глубин, не моралью, исходящей от первоисточников. Да, они отчитываются о проведенных мероприятиях, стонут, селфятся,  оправдывая свое пребывание среди драгоценных книжных полок отчётами о проделанной работе. И остаются тем же.

    Нии хвалятся документами, подтверждающми незнание и непрригодность к работе с книгой. И гуманитарные вузы занимаются удобрением бесплодных смоковниц, очищением внешнего человека. Души и духа не касаются. Кругом и повсеместно служение подменено оказанием платных услуг. Максимум, что может сделать библиотекарь – отыскать по каталогу книгу. И они сегодня не читают, те, кто должен читать всё, что есть на абонементе. Хотя бы краткое  содержание. А по-моему, библиотекарь должен быть старым. Чтобы помнить эпохи прабабушек, бабушек, мамы…И хоть как-то разбираться в истории.

        Но инициация по достижении детородного возраста у подростков была и будет повсеместна и обязательна, во всех племенах, во все времена. На этой инициации, строится логика сказок, а на выводах из сказок строятся судьбы людей, сама жизнь.  «Сестрица Аленушка и братец Иванушка», «Колобок», «Белоснежка» «Пиноккио», «Морозко», «Спящая красавица», авторские сказки о том же: «Буратино», «Конёк-горбунок», «Снежная Королева», «Огниво», «Гадкий утенок», «Мальчиш-Кибальчиш»… Все лучшие фильмы прошиваются красной нитью испытания человеческой воли на грани жизни и смерти, и завершается взрослением героя, инициацией, пропуском во взрослую жизнь с хорошими отметками.

     Один из ярчайших примеров последних времён – десятилетняя героиня фильма Люка Бессона «Леон». Или юный герой другой киноленты 50-х годов прошлого века - «Последний дюйм», созданной  по рассказу английского писателя Джеймса Олдриджа. И многие-многие другие работы, увы, забытые.

     Прошло еще почти 30 лет с года выпуска фильма «Леон». И новое поколение тоже прошло свою инициацию, но уже не в кинозалах, а  на экранах компьютеров. Их воспитали Гарри Поттер и Википедия. И это еще ничего. Идут другие, их кумиры – герои плохих сериалов, видеоигр и аниме. Плюс переписанная история Европы.  Упрощение, уплощение, разобщение, атомизация.

    В 19 веке в России деления на детскую и взрослую литературу ещё не было. Родители рекомендовали друг другу что почитать чадам. Считалось –  взрослый прочитает  – поймет, а ребенку, если надо,  он подскажет непонятное или пропустит абзац-другой. Ничего. Подрастут – поймут потом. И книжка жила в доме на полке стояла, ждала недорослей. Дети мещан, дворян и разночинцев овладевали грамотой как раз к десяти годам, или к первой влюбленности. Они не просили уже мамушек-нянюшек прочитать им, ну если только повезет послушать за компанию со взрослыми талантливого рассказчика – то да, это удача…

         Итак, бабушка любила свою внучку безумно, сделав из ребёнка идола.  И.С. Тургенев переводит очень близко к тексту так: «Жила-была в одной деревушке девочка красоты невиданной: мать от неё без ума была, а бабушка совсем на ней помешалась. Эта добрая старушка купила ей красную шапочку, которая так девочке к лицу пристала, что от шапочки ей и кличка пошла, и везде звали её Красною Шапочкою…. «Сходи-ка к бабушке понаведаться; сказывают она нездорова». Из-за безумной любви, нарушающей первую заповедь, которая гласит: возлюби Бога всем сердцем, всей силой, всем разумением своим, и пошла-понеслась эта  цепь ужасных преступлений.

    Тщеславные мать и бабка, они хотели  привлечь внимание к девочке, может, чтобы выгодно замуж выдать на зависть людям. Как говорится, благими намереньями выстлана дорога в ад. По логике средневековых слушателей Красная Шапочка и ее бабушка наказаны поделом. Ведь когда бабушка надела шаперончик на внучку, та потеряла имя, данное ей при рождении. Так ее и стали отныне звать:  Красная Шапочка. И. С. Тургенев пишет: «Эта добрая старушка купила ей красную шапочку, которая так девочке к лицу пристала, что от шапочки ей и кличка пошла, и везде звали её Красною Шапочкою». Шапочка к ней пристала. Как в американском художественном фильме «Маска» главный герой не мог снять с себя маску, личину древнего скандинавского демона Локи - «бога» обмана и удачи.

      Кличка! И «добрая старушка» звучит, как старушка выжившая из ума. Девочка лишилась покровительства небесных заступников, ангелов, а кличка и красный шаперон притянули волка-оборотня. Волк - слуга сатаны, его задача – душу погубить. Это основной мотив сказок,  сводятся к одному: ослушался, решил жить своим умом - докажи, что можешь. Инициация.

   Как и праматерь Ева, Красная Шапочка для начала ослушалась матери, не поспешила к бабушке, отвлеклась от поставленной  задачи. Вторым делом она заговорила с волком, совсем отвлеклась от пути и цели. Выдала бабушку – лежачую больную, такую легкую добычу для голодного волка! Хорошо, что мать не выдала, а ведь могла. Похоже, недальновидность и глупость у них - семейная черта.  

     Адрес бабушки наводит на мысль, что старушка жила не доброй славой. Её дом в лесу, где селились ведьмы, колдуньи, изгнанные из общины. В варианте Братьев Гримм бабушка жила уже с краю деревни, в домике за мельницей, а не в густом леву у трёх дубов.  Не у храма, не у базара, в центре, где обычно стоят дома уважаемых селян, а на отшибе.

      В старых исходных вариантах сказки мать дает дочери хлеб и вино. Возможно, что это последняя попытка причастить  старушку, вино и хлеб обязательные атрибуты святой евхаристии и, скорее всего, освящены. Мать убеждает девочку не сходить с тропы, чтобы не разбить бутылку с вином. А ведь могла пойти и сама. Почему не пошла мать? Зачем рисковать здоровьем и жизнью девочки? Мать хотела проверить дочь на послушание и выносливость, сообразительность, честность, самостоятельность  и жизнеспособность.   Если бабка – ведьма, мать это знает, все  становится все на свои места. Мать оправдывает себя в случае гибели дочери.

     И удаленность друг от друга домов родственников, и вино с хлебом, и внучка безымянная, и волк-оборотень, мешающий очищению и спасению души старушки, и жестокое возмездие  - мать все просчитала. Первое. Внучка идет с христианской миссией любви к тяжело больной бабушке. Сталкивается с ненавистью, живым злом. Гибнет. Второе. Гнусная развратная девчонка сама виновата в своем нечестивом поведении. Гибнет. Туда ей и дорога. Мать в обоих вариантах в выигрышном положении.

    Мать. Если она родила в 13-14, то ей снова хочется замуж. Ни лежачая мать, ни красавица дочь ей не нужны. Это обуза.

     Итак, если Красная Шапочка должна пройти инициацию, начать самостоятельно жить. Но не проходит, погибает в утробе волка с бабушкой заодно. По логике средневекового рассказчика они и не должны жить,  они легкомысленны и глупы - добыча ада. Испытание не прошли. Это не плохой конец, а правильный.

     Упрощение морали народной сказки до уровня потребительского спроса начались с появлением печатного станка и превращения народного эпоса в товар. В переписанном варианте Братьев Гримм Шапочку и бабушку спасают охотники – значит, героини сказки оправданы. Братья Гримм,  даже написали продолжение, в котором в следующую встречу на вопросы волка Красная Шапочка уже не отвечает. Они с бабушкой топят негодяя в корыте.

    Мои размышления подкрепляются  более поздними переложениями. Так Н.П. Плетнев  переводит содержимое корзинки, в ней хлеб и вино, прообраз причастия как средства к излечению и спасению бабушки: «Ну, Красная Шапочка, вот, возьми этот кусок пирога и бутылку вина, снеси бабушке; она и больна, и слаба, и это ей будет на пользу». Мать предостерегает девочку не гулять по лугам по лесам, а идти скорее, прямым путём, чтоб не разбить бутылку. Позже И.С. Тургенев заменил вино маслом: «Да снеси ей пирожок и горшочек масла». Но это удачная замена, она  не уродует смысл и задачу: от вина – блуд, а от масла большая польза. Елеем (маслом) христиане помазывают больных, освящают, пресвитеры напутствуют в вечную жизнь умирающих. Середина и концовка у Тургенева близка к оригиналу тоже: «Красная Шапочка разделась и легла в постель. Её очень удивило, что без платья бабушка такая странная. — Она и говорит: — Бабушка, какие у вас длинные руки! — Это, внучка, чтобы получше тебя обнимать. — Бабушка, какие у вас длинные ноги! — Это, внучка, чтобы получше бегать. — Бабушка, какие у вас большие уши! — Это, внучка, чтобы получше тебя слышать»… Следующий вопрос угадывается, и тут должны быть улыбка, глаза в пол и красные уши. Дальше все ясно.

     С тех пор сказку на русский язык переводили десятки раз. Из известных литераторов только это: Жуковский, Полевой, Введенский, Маршак…

       Именно Самуил Яковлевич Маршак на Первом съезде советских писателей в 1934 году отстоял сказку как таковую. До того десять лет в стране советов сказки были под запретом. Считалось, что детям - строителям коммунизма, строителям нового общества – никакие  сказки не нужны. Но, Маршак  дал курс детским писателям на оптимистические концовки в сказках. Это та плата, которую взяли себе силы зла, обессилев сказку, сделав ее никчемной забавой.  Вот и «Красная Шапочка» с тех пор у нас переиздается и переиздается с хорошим финалом: бабушка и внучка спасены, все как бы счастливы. Но Самуил Яковлевич, понимающий в текстах больше всех присутствующих на Первом съезде советских писателей, на примере сказки о Красной Шапочке показал, как надо бороться с народной мудростью:  «Ежели тебя послали по делу, то не останавливайся по дороге, да не разговаривай с незнакомыми…», - вот и вся маршаковская мораль. А по сути – жёсткая цензура. И вымарывается христианские нормы, ценности, национальное здоровье.

     Европа и Америка тоже стали перерабатывать фольклор, теперь у всех американских сказок зло наказано, везде повсеместно хэппи-энды. Началась эра толерантной мультипликации. Бизнес диктует свои условия: дети не должны плакать, а то в синема никто не захочет купить билет. Ревущие дети – испорченный уикенд… Зря истраченные доллары. На долларе – пирамида, на пирамиде всевидящий глаз Большого брата. Христианские ценности отступают под натиском общества потребителей. Переводчики искажали сказки народную канву авторским вмешательством.

          С течением времени зло стало забавным, симпатичным, оригинальным и привлекательным. Детям захотелось подражать злым, отрицательным персонажам. Помните, в  наших мультфильмах и фильмах на цитаты разошлись реплики разбойников, злодеев: «Детей надо баловать. Только тогда из них вырастают настоящие разбойники». «Нормальные герои всегда идут в обход», «Хорошими делами прославиться нельзя», «Я уважаю пирата, а я уважаю кота», «Никогда не мойте уши, шею, руки и лицо»... Милые, талантливые музыкальные номера, вставки в мультфильмы и адресованные взрослым, детьми понимаются буквально. Мы тогда смеялись, аплодировали, а выросло уже три поколения слабаков, диссидентов и дезертиров. Черное реально стало серым, потом чуть ли ни белым. Порок оправдан, грешники спасены без покаяния, без исправления. Все стало дозволено. Можешь мать оскорблять, можешь пол изменять, голым скакать. Прыгать из окна, взявшись за руки с однополым партнером.

        Вот как давно у нас, в нашем хорошем, правильном, сто раз кровью отвоёванном русском мире идёт этот адский процесс, этот чёртов майдан. Не играй с огнём, Красная Шапочка, не сходи с пути-дороги. А где он, путь? Тишина.

      А сказки помнят.